Сильнее, чем ты думаешь. Книга 2 - Мария Летова Страница 27

В наших семейных традициях и помимо этого прибыло — матери каждый день звонит Макс, досконально перечисляя все, что с ним происходит в том учреждении, где он находится, таким образом родители контролируют ситуацию.

Я предпочитаю не быть свидетелем этих разговоров, причина — иногда мне не хочется ничего знать. Ни о том, как Макс поживает, ни о том, сколько с учетом инфляции стоит его адвокат, и с недавних пор я могу себе это позволить. Мне не нужно объяснять родителям почему. Почему теперь я так уверенно пользуюсь своим правом на личное пространство.

Я отбиваю звонок от матери и отправляю следом сообщение «перезвоню». Боюсь запнуться, если она спросит, как у меня дела. Я могла бы ответить, что фантастически: я нормально питаюсь, много гуляю, и моя личная жизнь сдвинулась с мертвой точки!

Сбросив с ног сандалии, я ставлю пятки на скамейку и подтягиваю колени к груди. Тимур садится рядом, буквально падает, освободив себе место от коробки с чаем.

— У тебя в планах детокс? — спрашивает он, повертев набор в руке.

— Это для родителей, — отзываюсь я.

Тим потный после бега. Он снимает бейсболку и вытирает пот со лба. Как у моих родителей дела, друг не спрашивает, он в курсе, что они у нас хуже некуда. Тим даже в курсе того, с кем мой брат судится, но у нас это закрытая тема.

Я давным-давно предупредила Тимура о том, что ничего не хочу знать о Багхантере. Тим его эсэмэмщик, но вживую они встречались один раз в жизни. Они общаются в Сети, и исключительно по работе. Общаются до сих пор, насколько я знаю, но это может быть и не так. Я не в курсе, ведь Тим к моему запрету относится очень ответственно.

Он возвращает на место бейсболку и откидывается на скамейку спиной.

— Какие новости? — интересуется Тимур.

— Новостей на сегодня нет, — отвечаю я.

Эта версия сейчас мне нравится больше!

И она почти близка к истине, ведь если считать, что эпицентром моих эмоций является одна личная переписка, то новостей действительно нет.

Она в режиме тишины со вчерашнего дня, а тот факт, что я так или иначе прислушиваюсь к телефону, отрицать бессмысленно.

Я еще не успела познакомиться с новостями Охотника в соцсетях, мне хватает тех ощущений, которые уже есть, — время от времени мне тесно в своей коже. Гадать, что сейчас происходит в его голове, — волнительно, если не сказать больше. Волнительно думать о том, как протекает процесс его самопознания!

Я бы могла поделиться опытом, рассказать, что значит быть оголенным проводом, только поделиться этим — все равно что остаться без кожи. К такому я и близко не готова, возможно… никогда…

Я резко смотрю в сторону, спрашивая:

— А у тебя?

— У меня нарисовался один стартап… — говорит Тим. — Тема некислая, большой проект. Работа не для одного, нужно человека три-четыре. С опытом. Почти такие же крутые, как я.

— Такие существуют?

— Знаю парочку.

Тряхнув головой, я чищу ее глубоким вдохом.

— Ты мне работу предлагаешь? — спрашиваю я, посмотрев на Тима.

— Да. Но ты вряд ли сможешь совмещать. Как на это смотришь?

Уволиться?

Кажется, отвечаю не думая теперь я только одному человеку…

Сейчас я думаю даже прежде, чем сказать:

— Можно обсудить.

Сделать это под кондиционерами я не против. Мы покидаем парк и добираемся до машины Тима за пять минут, в течение которых я думаю совсем не о его предложении…