Акушерку вызывали? или Две полоски на удачу - Ольга Иванова Страница 28

Я переступила порог кухни и замерла: наплите стояла сковородка, а на ее крышке лежала бумажная салфетка, на которой почерком Кравицкого было написано: «Не забудь поесть».

- Его ещё и не было два часа, как вы уехали. Чем вы там занимались, а? - звучал между тем в телефоне голос подруги. - Эй, ты меня слышишь?

- Слышу, - тихо отозвалась я. И, прочистив горло, повторила уже громче: - Слышу. Ничем мы не занимались. И даже не разговаривали толком. Я уснула.

- Что, прям так сразу и уснула? - Женька снова хмыкнула.

- Кажется, да, - я осторожно приподняла крышку.

Сердце екнуло и забилось ещё чаще: там был омлет. Пышный, с помидором, сладким перцем, сыром, обильно посыпанный укропом. Точно такой же он мне часто готовил много лет назад, а я настолько любила этот омлет, что могла слопать одна всю сковородку. Кравицкий ещё посмеивался надо мной, но готовил его снова и снова.

В носу защипало от приближающихся слез.

- Жень, давай я тебе попозже перезвоню, ладно? - хрипло попросила я.

- Ладно, - в голосе Жени проскочила растерянность. - У тебя все в порядке, Кристин?

- Да, всё хорошо, просто вспомнила, что Соньку могу успеть забрать из садика сама, - ответила я уже бодрее. - Когда ещё такая возможность представится?

- А, ну хорошо, тогда созвонимся вечером, - подруга, кажется, поверила.

- Да, обязательно.

Я отложила телефон, взяла вилку и открыла сковороду. Несколько секунд сверлила омлет взглядом, желая и одновременно не решаясь притронуться к нему. Потом всё же отделила один кусочек, положила в рот и закрыла глаза, наслаждаясь тем самым вкусом.

Меня словно отбросило на семь лет назад, в те дни, когда в моей жизни ещё был Кравицкий, и мы вместе строили планы на наше будущее. И казалось, ничто не сможет нас разъединить.

Я опомнилась, когда половины омлета уже не было, и вспомнила, что хотела сама сходить за дочкой в садик. Я быстро набрала Тамаре Васильевне, предупредить, что иду за Сонькой, но услышала в ответ:

- Ой, а я её только что забрала! Утром пообещала, что зайду пораньше и мы сходим на детскую площадку, которая в скверике.

- Тогда я тоже скоро подойду туда, - решила я.

- Хорошо, будем ждать.

Прежде чем отключиться, я успела услышать, как Тамара Васильевна говорит Соньке, что скоро придет мама, и как та кричит в ответ «ура», улыбнулась ипобежала переодеваться.

По пути в мои мысли то и дело возвращался Кравицкий. И его омлет. И то, что, по всей видимости, он нес меня, спящую, домой, хотя мог бы просто разбудить. И я не знала, как к этому относиться. Сердце щемило от непрошенной радости, но мозг пытался его утихомирить, убеждая, что это может ничего не значить. И, вообще, к чему эти глупые надежды? Особенно после всех недопонимание и разочарований, случившихся в нашем совместном прошлом.

- Мама! - Дочка кинулась мне навстречу, и я подхватила ее, закружив на месте.

- Как дела в садике? - спросила потом, целуя в прохладные розовые щечки.

- Нормально. Но сегодня давали невкусную пшенную кашу, - Соня наморщила носик. - Я почти ее не ела.

- Печально, что она была невкусной, - я усмехнулась. - И ты осталась голодной?

- Нет, Настя поделилась со мной печенькой!

- Хорошая подруга у тебя, - одобрила я.

- Ага, как у тебя тетя Женя.

- Точно, - я засмеялась и поправила на ней шапочку. - А как поделка? Прости, что я не смогла ее сделать вместе с тобой.