Развод. Генерал, начинайте с нуля - Виолетта Весна Страница 28

— Нельзя было решить без общей рассылки?

— Тогда часть кандидатов располагала бы информацией, которой нет у других.

— В обычной работе никто не останавливает совещание из-за того, что руководитель начал руководить.

— В этом упражнении руководитель не назначался, — сказал Денис. — Способ получить влияние был частью оценки.

— Вот и оценили бы молча.

Я вмешалась:

— Виктор Сергеевич, прозрачное рассмотрение защищает и кандидата, которого вы поддерживаете. Если он пройдет дальше, у остальных будет документальное подтверждение, что жалобу не скрыли и не использовали для тайного исключения.

— Или будет повод обсуждать каждое его слово.

— Поводом станут только действия в упражнениях. Одинаковые для всех.

Чумаков сказал, что услышал нас, и завершил разговор. Лариса внесла звонок в журнал как комментарий члена комитета без изменения решения.

— Теперь он уверен, что мы работаем против его кандидата, — сказала она.

— Если бы мы отменили этап без оснований, был бы прав. Мы сохранили результат и зафиксировали поведение. Это и есть оценка.

— Я знаю. Хотела услышать, что ты тоже понимаешь цену.

Цена могла появиться при продлении договора. Но соглашаться на непрозрачность ради следующего контракта означало продать не только этот конкурс, а доверие к бюро.

— Андрей ознакомлен, — добавил Денис. — Подписал обратную связь без возражений.

— Что сказал?

— Это уже индивидуальный разговор.

— Верно.

Денис собрал бумаги.

— Он может рассказать сам, если захочет. Но конкурс с вами обсуждать не должен.

— Значит, не расскажет.

Они ушли в проектную комнату. Я закрыла кабинет и направилась к лифту. Двери открылись, когда я была в трех шагах. В кабине стоял Андрей. Он нажал кнопку удержания дверей, но не вышел.

— Поедешь?

— Поеду.

Я вошла и нажала первый этаж, хотя кнопка уже горела. Андрей держал папку под мышкой. Галстук лежал в наружном кармане, верхняя пуговица рубашки была расстегнута. Он выглядел уставшим, но это не давало мне информации о результате.

— Рабочий день закончен? — спросил он.

— Мой — да.

Лифт остановился на четвертом этаже, вошли двое сотрудников делового центра. Мы молчали до первого. В холле Андрей пропустил их вперед и вышел рядом со мной.

— Можно сказать одну фразу, не раскрывая задания? — спросил он.

— Сначала скажи, к чему она относится.

— К моей ошибке. Не к содержанию и не к баллам.

— Говори.

Мы остановились у гардероба. Сотрудница искала мое пальто по номерку.

— Я перепутал полномочие с лидерством, — сказал Андрей. — Команда не выбирала меня руководителем. Я решил, что время дает мне право назначить себя.

— Обращение Ильи ты признаешь?

— Признаю, что его возражение было обоснованным. С формулировкой решения согласился.

— Почему говоришь мне?

— Потому что это происходит не только на конкурсе.

Сотрудница протянула пальто. Я поблагодарила и надела его, не отвечая сразу.

— Ты нарушаешь условия? — спросила я.

— Я не называю задание и оценку. Если считаешь, что нарушаю, сообщу Ларисе письменно.

— Сообщи, что сказал мне эту фразу. Пусть она решит.

— Сделаю.

Он достал телефон и при мне написал координатору. Не показал текст, только отправил. Через минуту мне пришло системное уведомление: кандидат самостоятельно раскрыл факт личного разговора; содержание не относится к закрытым материалам; нарушение не установлено.