Влюбиться до Нового Года, или призрачная ведьма в драконью семью - Лира Алая Страница 3

Когда мы вошли в гостиную, я кивнула на диван возле небольшого дубового столика:

– Присаживайся.

Мири без капли стеснения подошла к дивану, сбросила плащ на пол, плюхнулась на диван, носком одного ботинка поддела второй и сбросила на полполусапожек. То же повторила со вторым.

Что ж… спасибо, что обувь зачарованная, без налипшего снега, который моментально бы превратился в мокрое грязное пятно на моем ворсистом белом ковре. Но все равно нынешняя композиция меня не очень устраивала.

Я посмотрела на Мири, потом на ее разбросанную на ковре обувь, потом снова на Мири. Та пыталась сделать вид, что все в порядке, но получалось не очень. В конце концов, малышка спрыгнула с дивана, собрала обувь и поставила ее около дивана. А вот с плащом растерялась: он был тяжелым, влажным и никак не желала складываться.

– Дай-ка мне, – попросила я.

Мири протянула плащ, и я подхватила его магией, высушивая и отправляя в шкаф.

– Ого! Бытовая магия! А призраки и такое умеют?

– Я не призрак, – повторилась я.

– Тогда кто? Недопризрак?

Эта малышка явно умеет делать идеальные антикомплименты. Даже жаль, что мне не с кем ее познакомить, чтобы она полностью реализовала свой талант.

– Технически, полупризрак-полуведьма, – ответила я.

Фактически – проклятая ведьма, застрявшая между призрачной и реальной жизнью. Впрочем, застряла ненадолго – совсем скоро все решится, причем не уверена, что так, как мне бы хотелось. Проклятие справедливости, карма, кара и иже с ним. Классика жанра.

– То есть, вы варите змей и крыс для заклинаний, запекаете в печи младенцев, а Сонг питается мясом ваших жертв? – поинтересовалась Мири.

– У меня нет печи, – улыбнулась я, рассчитывая, что ребенок остальное додумает сам.

Но, увы.

– О, если вы призрак. Это значит, что вам не нужно есть?

– Могу есть, могу не есть, – честно ответила я. – О, наверное, ты голодная. Чай с закусками будешь?

– Буду! – обрадовалась девочка.

Я сделала шаг и замялась: оставить в гостиной малышку одну? Тут безопасно: никаких магических ловушек, артефактов и хоть чего-то, что может навредить. Но если она выйдет…

«Сонг», – мысленно позвала я.

Белая сова впорхнула внутрь буквально за несколько секунд.

– Совушка! – радостно воскликнула Мири. – Красавица, умница, белая пернатая лапочка!

– Ху-ху, – Сонг обрадовалась нашей гостье ничуть не меньше.

И я спокойна. Идиллия. Что ж, а теперь самое время блеснуть своими кулинарными талантами. Путь к сердцу многих людей лежит через желудок. Сердечко мне не нужно было, а вот доверие– очень даже. В конце концов, Мири определенно аристократка, а если ее пытались похитить…

То как бы вся вина не пала на меня, ни в чем не повинную ведьму, которая мирно отшельничает. Убить не убьют, но домик могут спалить. Жалко. Когда я окончательно стану призраком, то предпочту скитаться здесь в уюте, а не по лесу.

Мири на еду набросилась так, словно голодала не несколько часов, а не меньше года. Ну, она худенькая, так что пусть отъедается.

– Вкушно!

– Прожуй, а потом говори, – попросила я.

– Што это?

Я проигнорировала вопрос. Мою же просьбу не заметили? Мири принялась старательно пережевывать, после чего спросила:

– Что это такое вкусное?

– Сваренные змеи и крысы для зелья, – мстительно соврала я.

Мири замерла:

– Врете!

– Думаешь? – ухмыльнулась я.

Мири с ужасом резко отодвинула тарелку.