Другие методы - Полина Ветер Страница 3

Шок.

Нет, не так.

Ступор.

— Почему? – спрашиваю слипшимися губами.

— Какая-то особенность строения. Тебе что, никогда об этом не говорили?

— Нет.

Вернее сказать, я никогда этим не интересовалась.

Врачи на стандартных осмотрах мало говорят о том, что не угрожает жизни или не является каким-то редким заболеванием. У меня, слава богу, таких не было. Подумаешь, что-то там расположено «под углом» или функционирует чуть-чуть по-другому.

Тем более я никогда всерьёз не озадачивалась темой «детей». Возможно потому, что на самом деле не хотела рожать от Лёши.

Он, кстати, напрочь исчез из моей жизни, вместе с моей «любимой» свекровью.

Очень удивительно.

— Что ещё тебе обо мне рассказали врачи?

Даже не пытаюсь скрыть раздражение.

Пока я валялась «в отключке», эти эскулапы препарировали меня как лягушку и как-то забыли мне об этом сообщить.

Зато в подробностях доложили Удальцову.

Ненавижу больницы.

Ненавижу врачей.

За то, что ни хрена никого не интересует то, что значит для пациента жизнь. Его жизнь. С его проблемами и мыслями.

Не тело.

А то, что значит сам человек.

Никого не интересует.

— Это сейчас не главное.

А вот это зря.

Я-то уже завелась и хочу разобраться в теме.

— А что главное? – Отодвигаю бокал с соком подальше от себя, иначе может послужить орудием убийства. – Что?.. Ребёнок, которого ты не хотел? Проблемы, которые я создаю?!. Твоё драгоценное время, потраченное со мной в клиниках?!

Взгляд Сергея тут же окрашивается в цвет градовой тучи. Но он не двигается с места.

— Ты можешь никак не участвовать в жизни ребёнка. – Решаю всё-таки озвучить то, что гнетёт с момента нашей встречи. – Я могу воспитать его сама. Просто хотела, чтобы ты был в курсе. Думала, так будет честно.

Мои глаза сухие. Голос почти не дрожит. Мне с трудом удаётся взять себя в руки и посмотреть прямо ему в глаза, не отводя своих.

Но кто я такая, чёрт побери, чтобы бросать вызов Удальцову?

Он быстро напоминает мне об этом.

Поднимается с места. Обходит раскованной походкой остров и останавливается около меня.

Кладёт одну руку на столешницу, а второй касается моего лица, приподнимает подбородок, так, чтобы я не могла отвести взгляд.

— Если бы я захотел, его бы уже не было. – Меня бьёт током от его слов. – И тебя бы не было здесь.

Вопреки здравому смыслу, по телу разливается знакомое тепло.

Оно почувствовало прикосновение и ожило.

Только одно прикосновение…

— Чего ты сама хочешь, девочка? – Его лицо слишком близко. Так близко, что мне трудно сфокусироваться и понять смысл вопроса. – Ты хочешь родить от меня?

С запрокинутой головой очень неудобно сидеть.

А ещё сосуды пережимаются, и кровь перестаёт циркулировать к мозгу.

Тот совсем отключился.

Я слышу только своё собственное дыхание, тяжёлое, прерывистое, шумное…

Я чувствую невероятное возбуждение.

Я хочу его.

Это как цунами.

Без предупреждения. Без жалости. Без смысла.

Просто накрывает.

И он это видит.

Долго смотрит, больше ничего не говорит.

Мы замираем больше чем на вечность, прежде чем я выпускаю воздух из лёгких.

Моих губ касается невесомый поцелуй.

Лёгкий. Почти целомудренный.

Совершенно сбивающий с толку…

— Ты устала. – Говорит тихо. – Я отвезу тебя домой.

Чёрт. Тебя. Подери. Удальцов!

Я не хочу домой.

Я хочу тебя!

Сейчас!

Прямо на этом столе…