Пташки - Эмилия Грин Страница 3

Такого неожиданно хриплого, пронизанного рокочущими нотками. До боли родного. И … незнакомого одновременно. Уже не подростка, а молодого привлекательного мужчины.

Внимание, голого!

Сердце с оттяжкой бухнуло вниз, выжигая из кровотока остатки былой эйфории, стоило Александру Воронову, в одном белоснежном полотенце, обернутом вокруг крепких бедер, появиться в комнате.

Наши взгляды пересеклись.

Увидев его вблизи, у меня внутри все затрепетало. Вместе с воспоминаниями о нашем счастливом детстве на меня обрушились былые загашенные чувства.

Секундное удивление на лице моего друга сменилось теплой полуулыбкой, притаившейся в уголках его полных губ.

— Здравствуй, Саш, – находясь в полуобморочном состоянии, прошептала я, против воли скользя по лицу Воронова поплывшим взглядом.

Господи, какой же он…

Короткие темно-каштановые волосы. Коньячные глаза, которые тысячу раз являлись мне в запретных фантазиях. Сияющая загорелая кожа.

Я не могла отвести взгляд от его накачанной груди, широких плеч, рельефных рук с кое-где выступающими венами.

Полотенце свисало так низко, что моему взору открылась густая поросль темных волос, ускользающая к паху…

Я облизала губы. Бедра обожгло внезапно подступившим жаром, а во рту пересохло. Я непроизвольно свела ноги, испытывая неожиданно сильное неконтролируемое томление в низу живота.

Это шокировало, учитывая неуместность ситуации. Вот дура.

— Привет, Фунтик, – тихо усмехнулся Сашка, дрогнувшими пальцами затягивая узел на полотенце, очевидно, опасаясь за мою неокрепшую нервную систему.

И небезосновательно…

Пролог 2

— Фунтик? – «Агуша» засмеялась, а мне было совсем не смешно.

— Агата, это Полина – моя подруга, - уже серьезнее произнес Саша, - Поль, это Агата – моя девушка, - добавил он.

Мы с Агатой посмотрели друг на друга. Я пыталась выдавить из себя улыбку, но получалось неважно, мои легкие словно горели.

— Приятно познакомиться! – энергично кивнула Агата.

Голубоглазая блондинка метнулась к открытому чемодану, вытаскивая оттуда халат, и, со смущенной улыбкой, накинула его, расправив плечи.

Девушка Воронова явно из кожи вон лезла, чтобы казаться милой, но я слишком хорошо знала этот тип девиц, у нас таких - половина поселка.

С виду нежная пушистая кошечка, которая будет мурлыкать, свернувшись на коленях, а на деле же в любой спорной ситуации, когда что-то не по ее, она покажет не только острые коготки, но и зубки.

— Взаимно, - от моей неискренней ответной улыбки чуть не свело скулы.

— Неожиданный способ проникать в чужие дома… – Агата махнула рукой в сторону открытой двери на лоджию.

Смерив меня внимательным взглядом, она натянуто рассмеялась.

— Для нас с Полиной это норма, - Сашка пришел мне на помощь, - До моего отъезда мы только так и проникали друг к другу, - хмыкнув, он еще раз подтянул опасно сползшее полотенце, молниеносно сократив расстояние до лоджии.

Мы с Агатой последовали за ним.

— Как дерево-то разрослось! – Воронов присвистнул, рассматривая шалаш, который много лет назад установили наши отцы, - А там мы с бандой собирались вечерами и травили страшилки! - Саша поднял на меня глаза, и ухмыльнулся.

Его ухмылка была такой же дерзкой, как и весь мужественный сексуальный образ Александра Воронова.

— Полина была самой бесстрашной девчонкой у нас на районе, - добавил он хрипловатым голосом, от которого мои щеки начали гореть, - Большинство парней уже не выдерживали, а она только распалялась, выдавая все более леденящие душу истории… - он смотрел на меня с гордостью, - Помнишь, как Тарас Расколбас расплакался от страха?