Развод. Люблю другую - Полина Ривера Страница 30

– Черт, да я только за. У меня ничего приличного-то и нет. Отец бы сейчас назвал меня бобылем. Или пентюхом.

Почему-то меня веселят слова Макса. Ну, какой онпентюх? Ксения Валерьевна готова была мне внеочередное дежурство влепить из-за него.

– Предлагаю оставить Петьку в игровой. И быстро пробежаться по магазинам, – протягиваю, бросая сандалии и кроссовки в тележку.

– Варь, ты будешь первой женщиной, кто выбирает мне одежду, – после долгой паузы произносит он.

– А жена разве…

– Нет. И надобности такой не было. В закрытом гарнизоне на севере люди ходят в теплой одежде. Этого достаточно. Тельняшка, бушлат, ватные штаны – вот и весь мой наряд. Отец мечтал увидеть меня другим. Он очень хотел самолично передать мне дела, – с грустью вздыхает Максим. – Но болезнь оказалась сильнее.

– Ты скучаешь по маме? Знаешь, когда я приехала сюда, то… Как бы объяснить? Я не могла плакать. Не хватало последней капли.

– А потом появился я, – улыбается он, не сводя с меня взгляда.

– Да. И меня прорвало. Я и жизнь свою вспоминала, и маму… Как уберечь детей от такого? Постелить соломку, дать инструкции?

– Прости, а ты… Ты не могла родить?

– У меня все не так уж запущено. Не получалось забеременеть от мужа, а от донорской спермы я отказалась.

– Странно, что его любовница вмиг залетела, – удивленно поднимает брови Макс.

– Вот-вот… Пусть сами разбираются.

Глава 19.

Глава 19.

Варвара.

Конечно, Ксения заметила… Я как начищенный самовар сияю. Улыбаюсь, вспоминая вчерашний день…

Мы чудесно провели время… Ужинали, болтали о разном. Я на мгновение о своих проблемах забыла… Будто и не ждет меня ничего плохого… Развода, раздела имущества, ссор и сплетен, боли…

Домой вернулись поздно. Я охотно согласилась на просьбу Макса выстирать новенькую одежду для него и Петьки. А утром успела кое-что отгладить. Убежала на работу, оставив спящим мальчишкам на плите рисовую кашу и вареные яйца – на более изысканный завтрак у меня не хватило времени.

– Чему радуемся, Варвара Андреевна? – протягивает Ксения, разглядывая себя в зеркальном отражении.

– Вам показалось. Что-то случилось?

– У меня да. В театр вечером идем. С Вересаевым.

Сердце в клочья просто… Убеждаю себя, что дело вовсе не в Максе и Петьке… Ксения сделает все, чтобы поскорее занять мое место в его доме… А я куда пойду? Дело в этом, да?

А ноющая боль в душе – признак моих меркантильности и желания пристроиться туда, где потеплее…

– Поздравляю, – сиплю я, сжимая пальцы в кулаки.

– «Фальшивая нота». Знаешь такой спектакль?

– Знаю. Замечательная драма Дидье Карона. Я смотрела ее в прошлом году, когда ездила в Питер на конференцию.

– Могу отпустить тебя пораньше. Посидишь с мальчишкой, – повелительным тоном протягивает она.

Гнев разгорается в душе подобно пороху… Я готова помогать Максиму, но ей-то я чем обязана? Но, с другой стороны, почему я должна быть против? Макс имеет право проводить вечера так, как считает нужным… А подрабатывать у него няней и домработницей было моей идеей.

– Спасибо, ты очень любезна, – нарочито довольно улыбаюсь я.

Ощущение, будто судьба болтает меня, как дерьмо в проруби… А выбора-то особо и нет… Придется терпеть и выполнять данное Вересаеву обещание. Пусть он ходит на свидания, пока я буду заботиться о Петьке…Пацан он любознательный, спокойный и рассудительный. И мне, ей-богу, гораздо приятнее лепить с ним фигурки из глины, чем выслушивать ревностные речи Ксении…