Смерть заберет нас в один день - Ао Морита Страница 30

Едва закончился рассказ Канон, к нам привели последнего человека. Официантка усадила по диагонали напротив меня какого-то блондина.

Лет двадцати трех на вид, с довольно длинными волосами и серебристыми сережками в обоих ушах. Светлая кожа, андрогинное лицо – очень симпатичное, но под глазами у него залегли темные круги.

— Привет. Эр – это я. А целиком – Рюдзи Адзума. Рад встрече.

Я представлял его себе совершенно не так, потому растерялся и не мог вымолвить ни слова. Первой нашлась, что сказать, Канон, которая еще минуту назад проливала горькие слезы.

— Простите, а вы… не из «Ред Стоунз»? – спросила она, изумленно распахнув глаза.

Я такое название слышал впервые и озадаченно склонил голову набок.

— А, да, это я. Хотя мне осталось с ними выступать только тридцать один день.

— Что за «Ред Стоунз»? – спросил я.

— Вы не знаете? – Канон уставилась на меня с укоризной.

Она объяснила, что это безумно популярная среди ее ровесников инди-группа и Рюдзи играет в ней на гитаре.

В начале следующего года у них планировался выпуск первого студийного альбома, и к молодым музыкантам приковывалось все больше внимания прессы. Сам Рюдзи слушал пламенную тираду девочки смущенно, но явно не без удовольствия.

Хотя я сам еще недалеко ушел от Канон по возрасту, но никогда не интересовался эстрадой, потому ни про каких «Ред Стоунз» не слышал. Но, как бы то ни было, я возмутился:

— Знаете что, на интервью я не соглашался. Что это за безобразие?

Мне плевать, что он знаменитость.

Рюдзи примирительно поднял руки.

— Не сердись! Нам же в любом случае надо обменяться информацией. А тут еще и приплатят сверху. Всем хорошо! – ответил он, не поведя бровью.

Тут ему принесли заказанный кофе, и Рюдзи стал на него дуть, как будто боялся обжечься.

— Так вы… не знаете, как можно отменить приговор? – только теперь догадалась Канон, и выглядела она совершенно потрясенной.

Но только я успел подумать, как мы удачно разделились по сторонам стола двое на двое, как Рюдзи успокоил ее:

— Ну, я думал всем вместе обменяться информацией и подумать над решением проблемы.

Я снова остался в одиночестве. Но когда Канон попросила себе еще и автограф после встречи, я решил пока посидеть на месте и никуда не уходить.

— Тогда я сейчас буду задавать вопросы, а вы честно отвечайте, ладно? – уточнил Касай, и интервью началось. Впрочем, от меня он уже через десять минут отстал: сказал, из моей истории интересного материала не получится. Видимо, я отвечал слишком односложно.

Зато Канон ему явно понравилась, и дальше он сосредоточился на ней:

— Ты рассказала своему парню то, что узнала?

— Он не мой парень, он друг детства. Я хочу, но у меня слова в горле застревают…

— Но ведь он же тебе явно нравится. Так и запишем. Так к тому же интереснее.

Канон, сбитая с толку, неуверенно кивнула. Кажется, предположение журналиста попало точно в цель. Дело уже шло к обеду, так что мы с Рюдзи заказали себе перекусить и тихо жевали в сторонке. Канон взяла парфе и ловко отвечала на изощренные вопросы Касая. Тот иногда и к нам с Рюдзи обращался, но я отделывался отговорками, которые он хотел услышать.

Странная встреча продлилась больше часа, но закончилась прежде, чем мы хотя бы подступились к обсуждению проблемы. Собственно, в основном нас интервьюировал журналист, и мы только подкидывали ему материал для статьи.