Жена, которой не было в документах - Виолетта Весна Страница 30

Она набрала:«Мы у Лиды.

Скоро вернемся».

Ответ пришел сразу.«Ты должна была предупредить».

Таисия посмотрела на фразу.

Должна.

Вот оно снова.

Она напечатала:«Я мать, а не сотрудник службы перемещений».

Отправила.

Лида прочитала через плечо и тихо сказала:

— Наконец-то я вижу женщину, которую знала раньше.

Таисия убрала телефон.

— Мне надо вернуться.

— Не оставляй документы дома.

— Не оставлю.

— Флешку тоже.

— Да.

— Лучше сразу к Норину.

— Сегодня?

— Сегодня хотя бы напишем ему. Завтра встреча. Чем быстрее, тем лучше.

— Гордей будет злиться.

Лида посмотрела на нее устало.

— Тая, он уже злится. Просто раньше ты считала это погодой в доме.

Таисия кивнула.

Они сложили найденные бумаги в отдельную папку, флешку — в маленький внутренний карман сумки, туда же, где лежал ключ.

Часть вещей Лида оставила у себя.

Самое важное Таисия забрала.

Когда они выходили, Савелий взял свой рисунок.

— Можно я покажу папе?

Таисия остановилась.

Лида тоже.

— Если хочешь, — осторожно сказала Таисия.

— Хочу. Пусть знает правило.

— Какое?

— Если не будет командовать.

Таисия улыбнулась.

— Покажи. Дорога домой прошла почти молча.

Савелий заснул на заднем сиденье, прижав рисунок к груди.

Таисия ехала медленно, чувствуя в сумке документы, флешку, ключ и еще что-то невидимое, но очень весомое.

Право не соглашаться.

У ворот их уже ждали.

Шлагбаум подняли сразу, но у крыльца стоял Гордей. Без пальто, в рубашке, с телефоном в руке.

Таисия припарковалась сама.

Вышла.

Открыла заднюю дверь и осторожно разбудила Савелия.

— Мы дома. Мальчик сонно потер глаза.

— Папа злится?

— Папа волнуется, — сказала она.

Гордей подошел ближе.

— Савелий, иди в дом. Лариса Ивановна ждет тебя с обедом.

Савелий выбрался из машины, но не пошел.

— Пап, я нарисовал.

Гордей перевел взгляд с Таисии на сына.

— Покажешь потом.

— Сейчас.

Гордей замер.

Савелий протянул рисунок.

— Это дом. Тут мама. Тут я. Тут Марта думает.

А ты у калитки.

Гордей взял лист.

Таисия увидела, как его лицо меняется.

Медленно.

Почти незаметно.

— Почему я у калитки? — спросил он.

Савелий зевнул.

— Потому что ты командуешь.

Гордей поднял глаза на Таисию.

— Это ты ему сказала?

Таисия устало посмотрела на него.

— Конечно. Семилетние дети сами ничего не чувствуют.

— Не надо сарказма при ребенке.

— Тогда не надо допрашивать при ребенке.

Савелий переводил взгляд с одного на другого.

— Я сам нарисовал.

Гордей опустил рисунок.

— Иди в дом.

— Ты не понял правило.

— Савелий. Мальчик вздрогнул от тона.

Таисия шагнула вперед.

— Не так.

Гордей посмотрел на нее.

— Что?

— Не так с ним. Несколько секунд они стояли напротив друг друга у машины. Сад, дом, крыльцо, камеры, охрана — все было вокруг, но между ними вдруг оказался только маленький мальчик с рисунком, на котором отец стоял за калиткой собственного дома.

Гордей первым отвел взгляд.

Он присел перед Савелием.

Не сразу.

Словно тело не привыкло к этому движению в таких обстоятельствах.

— Прости, — сказал он.

Савелий настороженно смотрел на него.

— Ты не будешь командовать?

Гордей молчал.

Таисия видела, как ему трудно сказать простое «не буду», потому что это было бы обещание, которое он не знал, как выполнить.

— Я постараюсь, — сказал он наконец.

Савелий подумал.

— Это не да.

— Но и не нет. Мальчик кивнул, будто соглашался временно, до следующей проверки.