Развод с генералом. Больше не подчиняюсь - Виолетта Весна Страница 30

Я сразу напряглась.

Демьян заметил и повернулся ко мне.

— Я не предлагаю тебе ехать в «Гранит». И не предлагаю ехать со мной одной. Но сейчас Киру нужно перевезти туда, где адрес не знают люди из центра. У меня есть вариант. Если ты хочешь участвовать в части, которая касается фонда, поехали вместе с Мирославой. Если не хочешь, я передам ей все официально позже.

Вчера он бы просто решил.

Сегодня он оставил выбор.

И от этого выбор не стал легче.

Я посмотрела на Миру.

— Что скажешь?

— Скажу, что ехать в неизвестное место с человеком, с которым ты разводишься, и его свидетелем — плохая идея. Но ехать туда втроем, на своей машине, с включенной геолокацией и понятной целью — уже рабочая. Особенно если вопрос фонда все равно связан с тем, что сейчас происходит.

— Ты предлагаешь ехать?

— Я предлагаю не терять контроль над процессом. Пока мы рядом, ты не превращаешься в фамилию в чужих документах.

Демьян услышал это. Я видела.

Возможно, ему было больно понимать, что рядом с ним я как раз и стала такой фамилией.

Кира вдруг сказала:

— Есения Павловна, вам не обязательно ввязываться. Я написала, потому что считала, вы должны знать. Не потому что хотела втянуть вас дальше.

Я посмотрела на нее. Вчера, если бы кто-то сказал мне, что сегодня я буду сидеть в кофейне и решать, ехать ли куда-то ради безопасности женщины, которую считала любовницей мужа, я бы не поверила.

Но жизнь не спрашивала, насколько аккуратно мы успеваем менять выводы.

— Меня уже втянули, — сказала я. — Просто раньше я думала, что это называется браком, фондом и доверием.

Демьян опустил глаза.

Мы вышли из кофейни через внутренний переход к парковке бизнес-центра. Мужчина Демьяна шел первым, Мира рядом со мной, Кира между нами и Демьяном. Никто не говорил. В таких ситуациях тишина бывает полезнее лишней уверенности.

У машины Миры я вдруг почувствовала слабость.

Сначала легкую. Как будто пол под ногами стал чуть дальше, чем должен. Потом в горле поднялась тошнота.

Я остановилась и ухватилась за дверцу.

— Есения?

Демьян оказался рядом мгновенно. Не схватил, но протянул руку, готовый поддержать.

— Не надо, — сказала я автоматически.

И тут же поняла, как это звучит.

Он остановился.

— Хорошо. Я не трогаю. Просто скажи, что с тобой.

— Сейчас пройдет.

Мира уже была с другой стороны.

— Сядь. Медленно. Голова кружится?

— Немного.

— Ела сегодня?

— Половину бутерброда.

— Великолепно. На фоне стресса, ночи почти без сна и документов с поддельной подписью это, конечно, полноценный рацион.

Она говорила сухо, но руки у нее были заботливые. Она помогла мне сесть на переднее сиденье, открыла бутылку воды и дала маленькими глотками.

Демьян стоял рядом, напряженный так, будто отсутствие права помочь давалось ему физически трудно.

— Я вызову врача, — сказал он.

— Не надо врача, — ответила я.

— Есения, ты побледнела.

— Потому что мне плохо, а не потому что я потеряла способность решать.

Мира бросила на меня быстрый взгляд: мягче.

Я выдохнула и уже спокойнее добавила:

— Если не пройдет через десять минут, я сама попрошу врача. Сейчас мне нужна вода и воздух.

Демьян кивнул. Не спорил. Но достал телефон и отошел на несколько шагов. Я не слышала, что он говорил, только видела, как коротко отвечает кому-то, держа взгляд на парковке.