Развод в 50. Муж полюбил другую - Алсу Караева,Ксения Нежная Страница 31

— Я ничего у них не отнимал! — повышает голос Рамазан. — Мои обещания в силе! Я все еще их отец, черт возьми!

— Тогда иди, поговори с ними, — бросаю вызов, разворачиваясьи со злостью глядя на него. — Объясни, почему их мама вдруг оказалась ненужной через тридцать лет брака. Объясни, почему должен был разрушить их представление о семье именно сейчас, в самый важный год их жизни.

Он смотрит на меня с яростью, и на секунду мне кажется, что он готов швырнуть чемоданы и сделать что-то страшное. Если бы я не знала Рамазана столько лет, то так бы и решила, но он никогда не поднимал руку на женщину.

Он вместо этого глубоко вдыхает, выпрямляется и говорит ледяным тоном:

— Это было ошибкой. Я не должен был приезжать.

— Возможно, — соглашаюсь я, уже спокойнее, отправляя в рот кусок пирога. Вкуса не чувствую, но мне плевать. Рамазан следит за каждым моим движением. — Но раз уж ты здесь, не стоит на меня лить свой негатив, Рамазан. Дома тебя ждет твоя будущая жена, которую не стоит волновать в ее положении.

Его буквально передергивает от моих слов. Он делает шаг ко мне, и его лицо искажается от гнева.

— Я же сказал — не переходи границы, — шипит он.

— Какие границы? — я выдерживаю его взгляд. — Ты больше не мой муж, Рамазан. Ты сам это решил. Я просто принимаю новую реальность.

Мы стоим, глядя друг на друга, и воздух между нами практически вибрирует от напряжения. Тридцать лет вместе, и теперь мы как чужие люди.

Вдруг морщусь, словно надкусила половину лимона, а не кусок пирога, зажатого в пальцах. Больше мне его, который только хотела отправить в рот. Рамазан смотрит на меня вопросительно вздернув бровь.

— Надо будет угостить соседей, а то пропадет пирог, есть его некому, — пожимаю плечами якобы с досадой и притворно вздыхаю.

Я понимаю, что довожу мужа своими словами, но мне хочется напоследок его хоть как-то задеть. Ему-то я не предлагаю его некогда любимый пирог. Хотя по глазам вижу, что был бы не прочь съесть кусочек. А моэет и не один. Пусть теперь ему готовит его новая жена.

Не смотрю на Рамазана. Изображаю бурную деятельность, дстаю контейнеры и начинаю раскладывать кусочки пирога в них. В воздухе все еще витает запах корицы и яблок приправленные напряжением.

Наконец он отворачивается, резко открывает дверь и выходит, не сказав больше ни слова. Я слышу, как он загружает чемоданы в багажник, как хлопает дверца машины, как рычит двигатель. А затем звук постепенно стихает, и наступает тишина.

Глава 16

Утро встречает меня головной болью. После ухода Рамазана я долго сидела на кухне, бездумно глядя в одну точку, отправив Мурада домой. Запах яблочного пирога, вроде бы такой аппетитный, к концу вечера стал казаться удушающим. Заставила себя подняться и открыть окно, впустить свежий ночной воздух.

Сейчас, проснувшись в гостевой спальне, я слышу голоса внизу. Младшие уже встали. Странно, обычно их не добудишься до полудня. Особенно Лейлу.

Заставляю себя встать, умыться, одеться. В зеркале отражается усталое лицо с красными глазами. Тридцать лет я просыпалась, зная, что у меня есть муж. Теперь это в прошлом.

Спускаюсь по лестнице, и голоса становятся громче. Фарид и Лейла о чем-то спорят на кухне. Мама стоит у плиты, готовит завтрак, но лицо ее напряжено.

— Доброе утро, — говорю я, входя на кухню.