Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть] - Яна Смолина Страница 31

Когда чудо в перьях покинул мой дом и, оттолкнув лакея, забрался в свой экипаж, я облегчённо вздохнула.

— Что же нам теперь делать, мадам? — спросил, теребя в руках расписку, Мартин. — У нас не осталось денег. Нечем платить швеям, и когда придут другие кредиторы, дать им тоже будет нечего. Молю, скажите, что у вас есть план, и всё под контролем.

Плана у меня не было. Как и денег теперь. Но кое-что всё же ещё можно было предпринять.

Задумчиво оглядев стены вокруг себя, я задала вопрос, который волновал меня с того самого дня, как я оказалась в доме Салесов.

— Мартин, вы случайно не знаете, сколько могли бы стоить эти картины?

Глава 13

Не знаю, как бывало прежде, но с моим появлением в этом мире всё чаще создавалось впечатление, что не я, а Рита — хозяйка дома Салесов. Слишком часто она меня отчитывала за то, что с её стороны казалось глупостью. Но я не могла поступать иначе. Ведь нам нужны деньги. И если с украшениями я легко рассталась, то картины мне совсем не хотелось отдавать.

— Ты не понимаешь, что делаешь! — шумела дуэнья, когда слуга по моему приказу снимал со стены очередной шедевр. — Сеньор Гильермо собирал эти картины для коллекции всю свою жизнь! Но что тебе до того? Ты с лёгкостью отдала украшения матери скупщику. Картины и подавно отдашь.

— Ошибаешься, Рита, — проговорила я, проводя рукой по резной золочёной раме. — Мне больно расставаться с ними. Но у нас нет другого выхода. Я вынуждена рассчитываться с должниками мужа и не допустить потерю фабрики.

Рита всплеснула руками. Конечно, она всё понимала, но ей, в отличие от меня, куда труднее было расставаться с прошлым.

После полудня мы с Мартином уже катили в экипаже туда, где нам могли помочь. Когда экипаж остановился возле живописной постройки с высокими окнами и резными наличниками, мужчина выбрался и помог выйти мне.

В окнах магазина, который язык не поворачивался назвать лавкой, стояли картины с изображением пейзажей и натюрмортов, а когда мы шагнули за порог, я всерьёз решила, что попала в музей. Картины висели здесь повсюду, закрывая стены настолько, что не было видно пустого места. Портреты, батальные сцены, бытовые зарисовки из жизни бедняков соседствовали с сюжетами на тему местной религии и фольклора, а кое-где даже имелись намёки на абстракцию.

— Добрый день, — раздался в глубине широкого помещения низкий голос. — Мадам Салес, если я не ошибаюсь?

Я посмотрела туда, откуда к нам приближался мужчина в тёмно-сером сюртуке. Он выглядел немного пугающе. Бледное лицо, обрамленное ореолом непослушных вьющихся иссиня-чёрных локонов, делало его похожим на древнегреческого Аида — владыку царства тьмы.

Невольно прижалась к плечу Мартина, который сразу же перенял инициативу.

— Моё почтение, сеньор Торино, — сказал он, поклонившись. — Сеньора Салес явилась к вам по чрезвычайно важному делу.

Мужчина в ответ кивнул, не отводя от меня холодного и пугающего взгляда своих светло-серыхглаз.

— Дела, по которым ко мне приходят почтенные сеньоры, чаще всего связаны с чрезвычайной срочностью. И иногда я сам себе кажусь не торговцем картинами, а самым обычным ростовщиком.

Он улыбнулся. Но лучше бы он этого не делал. Хищное и в некоторой степени демоническое лицо стало ещё более зловещим.

Но мы пуганые, нас спецэффектами не проймёшь. А потому, откашлявшись, я выступила вперёд и заговорила: