Время для счастья - Мария Метлицкая Страница 33

Помидоры соленые, рецепт соседки Риты.

Помидоры, вся какая есть зелень: укроп, петрушка, сельдерей, — чеснок по вкусу, соль — пять с половиной столовых ложек.

Сахар — десять столовых ложек.

Моем зелень и помидоры, чистим чеснок, помидоры разрезаем на половинки, закладываем в банки, на дно банки и сверху зелень и чеснок.

Рассол — кипятим пять литров воды, добавляем соль и сахар, горячим рассолом заливаем помидоры, на один день оставляем сверху, потом убираем в холодильник на три дня. Через четыре дня можно есть.

Несколько фотографий — странно, что они оказались в ридикюле. Катя вспомнила тяжелые альбомы с фотографиями. Фотографии черно-белые, треснутые, с заломанными краями.

Худощавый мужчина в габардиновом (Катя вспомнила это слово) длинном пальто, в надетой чуть набок, по-пижонски, велюровой шляпе. Взгляд пронзительный, насмешливый, проницательный, из тех, что смотрят насквозь, что называется, в душу.

Интересный дядька, фактурный, модник и, скорее всего, любитель женского пола.

На обороте надпись: «Дорогой Эмми от Гарика».

Эмми! Выходит, для кого-то она была Эмми, а вовсе не Милька!

Кто этот Гарик — кавалер, коллега, любовник? Теперь не узнаешь.

Еще одно фото. Все тот же узнаваемый Гарик и высокая, полноватая, темноволосая женщина. Взгляд скромный, смущенный. Волосы забраны назад, полное лицо, большие грустные глаза, довольно увесистый нос и небольшой, красивого очертания рот.

Женщина одета в цветастое платье и босоножки. У выреза брошка, видно неважно, но, кажется, камея. В руке у женщины ветка сирени.

Гарик не смотрит на нее и не держит за руку. Просто они, не касаясь друг друга, стоят рядом и оба смотрят в объектив — он насмешливо, она смущенно. На любовников не похожи, а там кто знает.

На обороте почти невидимая, стертая надпись: «Июль, год неразборчиво, Подмосковье, Поварово. На дне рождения Тонечки Калмановской».

Это явно не Миличкин муж — Володечка был полноват и лысоват и производил впечатление маменькиного сынка. А этот Гарик — красавчик.

Во сколько Милечка вышла замуж? Раиса сказала, что поздно, за тридцать. А сколько ей здесь? И кто они друг другу, этот нахальный Гарик и эта скромная Эмми?

Может, это и вовсе не Миля?

Катя вглядывалась в лицо женщины, пытаясь вспомнить фотографии в альбомах.

Нет, все-таки Миля, Эмилия. Те же большие и грустные глаза, крупный нос и маленький красивый рот. Те же темные вьющиеся волосы. Полная, высокая — без сомнений, она.

Фотография сделана до замужества, Гарик любовник? Ну да, будущий муж долго морочил ей голову и никак не решался на брак.

И тогда вполне вероятно, что это тот самый ловелас Гарик… Почему бы и нет? Эмми ему не очень подходит? Ну да, не красавица, не изящна и не тонка, но можно предположить, что человеком она была страстным и ярким. Есть в ней что-то такое… Правда, что на этих древних фотографиях можно разглядеть?

Катя в задумчивости отложила фотографии и взяла третью, последнюю. На ней тоже она, Эмми, Миля, Эмилия. Молодая, печальная женщина с чуть склоненной головой сидит на стуле с высокой спинкой, глаза полны грусти, уголки рта опущены, красивые, густые, волнистые волосы текут по плечам.

Полные покатые плечи, глубокое декольте, ладони на подлокотнике. Заметно, что руки ухоженные, красивые, аристократические, с длинными пальцами.