Сидеть, лежать, поцеловать - Изабель Зоммер Страница 34

— Совершенно верно! Моя самая свежая новинка. Ой, как хорошо, что ты напомнила! Разумеется, я уже подписала для тебя экземпляр.

Почесав голову, я принялась читать посвящение:

— «Моей любимой подруге, подарившей мне вдохновение для этой книги». Прошу тебя, скажи, что ты не имела в виду меня. Умоляю! Мастерство страсти?

Лея так усердно закивала, что ее черные локоны подпрыгнули в воздухе. На меня она даже не посмотрела, потому что снова оказалась перед ноутбуком, сосредоточенно глядя в монитор:

— Главная героиня поклялась поставить крест на любви. Стандартный сюжет. Но только она решает уйти в монастырь, встречает свою судьбу. Потом немного драмы, то да се, темные тайны из прошлого, несчастный случай во время конной прогулки, после которого она теряет память и не может его вспомнить. Но не волнуйся, все заканчивается хорошо.

— Опять эта пресловутая судьба! – я притворилась, что засовываю два пальца в рот. – Знаешь, Лея, нельзя сказать, что я не чувствую себя польщенной в роли твоей музы. Честно. Но я не только не собираюсь в монастырь, но я никогда в жизни не отважусь забраться на спину лошади. В таком случае скажи, пожалуйста, в чем я тебя вдохновила?

Она ненадолго оторвала взгляд от монитора и посмотрела на меня своими карими глазами:

— Героиня упорно противится своей судьбе. Но в глубине души она уже предчувствует, что ее лучшая подруга как всегда оказалась права, что бы это ни значило. – Тут она широко раскрыла глаза и, прежде чем я успела что-то ответить, закричала: – Семь… шесть… – Лея принялась суетливо щелкать мышкой, а потом подскочила от радости, пританцовывая: – Ура! Получилось! Детское сиденье, непромокаемые штаны и резиновые сапоги уже едут ко мне!

— Хм, мои поздравления.

Она захлопнула крышку монитора:

— Прости, теперь я вся внимание. Ты даже не представляешь, какая дорогая вся эта ерунда для детей, если покупать все новое. Да этого никто не сможет себе позволить! И стоит только ненадолго отвернуться, а они уже выросли на десять сантиметров, и все стало мало, и нужно покупать всю экипировку заново!

— Понимаю! Помню это по тем временам, когда Балу был щенком, – несколько рассеянно ответила я, все еще не отводя глаз от тонкой книжицы карманного формата, которую держала в руках, и задавалась вопросом, что у меня могло быть общего с отчаявшейся, упавшей с лошади кандидаткой в монахини. – Тогда я тоже была в постоянном поиске подержанных вещей и распродаж. Чего только стоили все эти перегрызенные поводки…

Тут я заметила по ее выражению лица, что сказала что-то не то:

— Что, опять?

— Ага, – ухмыльнулась она.

— Прости. Знаю, что щенок и ребенок – это не одно и то же. Но…

— Но в каких-то моментах они похожи, – рассмеялась Лея. – Ладно, все хорошо.

После рождения Авы возникло уже бессчетное количество ситуаций, в которых я обнаруживала параллели между малышом и моим белокурым мишкой. Я радостно делилась этими открытиями до тех, пока сестра Леи, присутствовавшая на одной из встреч, сделав кислую мину, дала мне понять, что ее племянница не имеет ничего общего с волосатым четвероногим щенком. К счастью, Лея не обижалась на меня и сама замечала сходство в развитии дочек и моего ворчуна.

— Ма-а-а-ма! – в гостиную с неистовством стихии и выражением глубокого возмущения на раскрасневшемся лице вбежала Ава. – Смотри, что она опять натворила! Что она сделала с Долли!