Так сказали звёзды - Ангелина Ромашкина Страница 34

Я написал ей несколько сообщений, а также напомнил, что завтра мы должны вместе поехать в Щегловск. Надеялся, утром она перестанет меня игнорировать и мы нормально поговорим.

— Слушай, прости, что не остановили вас сразу. – Вова поправил очки и медленно сделал глоток из стакана.

Я повторил за ним.

Девчонки сидели за столом и делали вместе какую-то ерунду по типу карты желаний. Мы же с пацанами включили первый попавшийся музыкальный канал, чтобы не сидеть в тишине. Новый год как-никак.

— Я сам виноват. Но, честно, ничего менять не стал бы. Может быть, хотя бы сейчас он отстанет от Евы.

— Тебе же она нравится? Да? – Локоть Кости отпружинил от моей руки.

А девчонки, как по зову гонга, одновременно оторвались от своих карт и уставились на нас. Я уже представил, как Люся дословно передаст наш разговор Еве. Поэтому ответил:

— А тебе Маша?

Маша покраснела, а Костя потянулся за бутербродом с колбасой.

— Вот он – настоящий журналист. Мастерски уходит от ответов на вопрос. – Люся, прищурившись, покачала головой.

Люся права. Обучение на журфаке пошло мне на пользу. Особенно курс по интервьюированию. Нам рассказывали, как грамотно загнать собеседника в угол, заставив его отвечать даже на самые неудобные вопросы. Или же сделать так, чтобы интервьюируемый всем своим видом, даже без слов, невольно ответил на твой каверзный вопрос.

— Даниил Левченко к вашим услугам. – Я отсалютовал рукой. – Тань, у тебя есть что-нибудь от головной боли?

— Я бы не стала мешать обезбол с тем, что ты выпил только что, – забеспокоилась Люся.

— Не беспокойся, мам. – Я поднял бокал в воздух и улыбнулся ей – как мог.

Таня молча вышла из-за стола и направилась на кухню. Послышался хлопок дверцы шкафа, а затем звон разных бутыльков и фольгированный шорох упаковок разных лекарств.

— На. – Таня протянула мне какую-то большую овальную таблетку и стакан воды.

— Спасибо. – Я закинул пилюлю в рот и быстро запил ее. Голова раскалывалась так, будто меня шарахнули каким-то чугунным предметом.

Откинувшись на мягкую спинку дивана, я вперился уставшим взглядом в телевизор. По музыкальному каналу крутили старенький новогодний клип Basshunter[6]. Костя лениво поставил на стол пустую бутылку и взглянул на часы.

— Может, запустим салют? Зря покупали, что ли?

Мне не хотелось снова тащиться на улицу. Я представлял это совсем не так. Ева уехала, и все чары наступившего праздника будто бы исчезли вместе с ней. Я должен был поцеловать ее в полночь. А вместо этого мой кулак поцеловал нахальную физиономию ее бывшего.

— Я останусь.

— Я тоже, – как всегда тихо сказала Таня и села рядом со мной, держа в руках напиток, в котором плавали подтаявшие кубики льда.

Голову почему-то стало вести еще больше, и я слегка прикрыл глаза. Но погружение в темноту только усиливало тошноту и головокружение. Я слегка ударил себя по щекам и выпил еще воды.

— Я бы посмотрела на салют. – Люся вышла из-за стола, потянулась как кошка и зевнула.

— И я, – хором ответили Маша и Света.

Ребята в коридоре начали шумно собираться на улицу. Мы же с Таней сидели на диване и пялились в телевизор. Молча. Изображение на экране кривилось с каждой секундой сильнее и покачивалось так, словно мы находимся на корабле, который попал в сильный шторм.

— Тань, можешь дать еще одну таблетку?