Развод. Последний танец с бывшим - Виолетта Весна Страница 35

— Мы слышали, что вы ведете переговоры с Кариной и Павлом.

— Не подтвердили, — сказал Родион. — Центральный блок станет ученическим ансамблем.

— Простите, но мы поддерживаем юбилейный вечер профессионального центра. На афише были Тимур и Диана. Теперь вместо них ученики?

— В программе остаются профессиональные номера преподавателей, — ответила я. — Ансамбль закрывает общий блок и показывает работу школы.

— Для соцсетей это слабее.

— Возможно.

— Нам нужны материалы, которые люди захотят смотреть.

Родион открыл бюджет партнерства.

— В договоре нет обязательства по конкретным исполнителям, кроме подтвержденного списка на дату подписания. Тимур и Диана указаны в предварительной афише, состав может меняться. Мы дадим вам профессиональную съемку трех сильных номеров и общего финала.

— Но ваша основная пара ушла.

— Они были ведущими преподавателями, — сказал он. — Центр продолжает работать семью педагогами. Мы не будем брать новый долг ради двух имен на видео.

Лариса перевела взгляд на меня.

— Вы уверены, что ансамбль будет готов?

— Нет. Поэтому у нас есть контрольная дата в пятницу. Сегодня я уверена, что он возможен.

— Хороший рекламный ответ.

— Это не рекламный ответ. Если в пятницу рисунок не держится, мы сократим программу. Но не будем называть слабый номер готовым ради отчета партнеру.

Она попросила прислать запись контрольной репетиции и обновленный список. Ее устраивало размещение бренда, но окончательные материалы она хотела утвердить отдельно. Мы согласились в пределах договора.

Когда Лариса ушла, я сказала:

— Ты мог напомнить ей, что их платеж нужен после вечера.

— Она знает собственный договор.

— И мог предложить вернуть приглашенную пару.

— После общего решения?

— Ты умеешь объяснить решение так, что оно выглядит твоим.

— Сегодня оно наше. Я так и объяснил.

Я не нашла в его словах скрытой насмешки. Родион поддержал вариант, который считал более рискованным для продаж, потому что мы зафиксировали причины и предел бюджета. Еще месяц назад он рассказал бы партнеру, что лично контролирует ситуацию. Сегодня сказал «мы» только там, где решение действительно приняли оба.

К вечеру преподаватели прислали пятнадцать согласий. Валентина Степановна стала шестнадцатой и добавила условие: если новая версия снова превратит начинающих в фон, она уйдет до выступления. Я ответила, что право отказаться сохраняется.

Майя внесла состав в рабочую таблицу и открыла запись на первую общую репетицию.

— Билеты — пятьсот пятьдесят девять, — сказала она. — До порога девятнадцать. Завтра публикуем состав и приглашение на встречу.

— Запись сегодняшнего прогона не выкладываем, — сказала я. — Люди еще не давали согласия на публикацию.

— Я соберу отдельные формы, — ответила Майя.

— Партнеру запись тоже после согласия.

— Да.

Родион посмотрел на календарь.

Последний ответ от учеников пришел в половине девятого. Валентина согласилась, но добавила к сообщению: «Я участвую, если вы не поставите начинающих сзади изображать радость». Я позвонила ей, потому что в переписке ее условие звучало резче, чем было на репетиции.

— У меня нет намерения делать фон из людей, — сказала я.

— Намерения редко признают заранее, — ответила она. — Потом сильным дают танцевать, а остальные хлопают в нужных местах.