Минни - Екатерина Соловьёва Страница 37

— Сэр…

— Будешь пререкаться — искупаешься в платье.

Девушка вздохнула. Она упрямо стояла рядом, напряжённо сцепив пальцы. Сегодняшняя схватка давала лишний повод снова задуматься о том, что её обманывают. И используют. Кроме того, гордость до сих пор требовала отстаивать неприкосновенность до последнего.

«Я всего лишь пешка. Разменная монета…»

Но как же хотелось к нему, в тепло. Как во сне…

«Быть может, если подчиниться и подыграть, он расскажет больше?»

— Сэр, этот Поттер назвал меня Гермионой. Это моё настоящее имя?

Люциус устало прикрыл глаза и потёр переносицу.

«А палочка, как назло, осталась в кабинете на тумбочке…»

— Ну хорошо… Тебя зовут Гермиона, но мне больше нравится Минни. Ты ведь такая… миниатюрная. А теперь — в ванну. Не заставляй меня портить твоё платье. Просто… побудь рядом со мной.

Последние слова разрешили все сомнения. Она послушно разоблачилась и шагнула в тёплую воду. Всё ещё смущаясь от прикосновений к мужскому телу, Минни села и взбила пену вокруг себя, будто надеясь спрятаться в ней. Девушка подняла безрадостный взгляд к потолку, по которому от воды бежали разноцветные блики.

— Вы хотели отдать меня Сопротивлению, сэр… Почему бы вам просто не убить меня самому, если я для вас ничего не значу?

Мистер Люциус поморщился.

— Не я, а Лорд. Если бы я хотел отдать тебя им, тебя бы сейчас здесь не было.

Минни пришла к выводу, что на сей раз это правда. Он видела, что он действительно расстроен результатом схватки: на скулах играют желваки, в глазах читается какая-то сложная комбинация мыслей.

— Так почему же тогда не захотели отдать?

Люциусмолчал, и она не ждала ответа на этот вопрос, понимая, что он и сам его не знает.

— Ты так хочешь уйти отсюда?

Девушка встретилась с ним упрямым взглядом и кивнула. Мужчина только покачал головой.

— Я тебе настолько противен?

Минни опустила глаза, и он залюбовался тенью от длинных ресниц на щеках. От влажного воздуха её волосы распушились и завились на кончиках, придавая неповторимое очарование.

Она хотела бы гневно выкрикнуть ему в лицо очень многое, начиная от «Вы принудили меня!» и заканчивая «Вы женатый человек, и от меня Вам нужно только одно!».

Вслух же сказала только:

— Я — ваша служанка!

Люциус плутовато улыбнулся, поймав её руку и потирая ладошку.

— В первую очередь ты женщина.

Он привстал, взял её за талию и усадил себе на бёдра. Девушка не знала, куда деть руки, и положила их ему на грудь. При этом её грудь оказалась на уровне его лица.

— А знаешь, в чём предназначение женщины, Минни? — спросил он, медленно обводя её сосок, по которому стекала пена.

— В чём, сэр? — она не узнавала свой голос.

Этот мужчина, будь он неладен, околдовывал. Он так искушал и соблазнял, что его ласк хотелось, они были нужны ей. Как и его отвердевший член, на котором она сидела, придавливая к его животу. От этой мысли Минни бросило в жар.

— Всё просто, малышка, — одна рука нырнула в воду, чтобы сжать её ягодицы. — Мужчина берёт, а женщина отдаётся, покоряясь ему…

От его ласк она подалась вперёд, ложась на него, и запрокинула голову. Хозяин провёл носом по белой шее, вдыхая яблочный аромат, и сжал подбородок девушки, приближая для поцелуя.

Минни закрыла глаза. Его губы так чудесны на вкус, что только так с ним и хотелось целоваться: не видя ничего больше и только на ощупь ощущая их настойчивые ласки.