Опальная княжна Тридевятого царства - Кристина Миляева Страница 39

— Послушайте, — начала я, стараясь вложить в голос все остатки надменности и властности, что были в запасах у настоящей княжны. — Ваш… энтузиазм, безусловно, трогает. Но я не могу просто взять и уехать, бросив всё. Мне необходимо… завершить свои тёмные дела здесь. Провести заключительные обряды. Вознести ещё несколько… жертвенных даров. Чтобы укрепить свою связь с силами, которые теперь покровительствуют вашему царству.

Я надеялась, что это их отпугнёт, заставит задуматься о том, не стоит ли им поискать себе другую, менее кровожадную правительницу. Но их глаза лишь загорелись ещё ярче, с ещё большим фанатичным огнём.

— Конечно, госпожа! Мы понимаем! Сложные мистические практики требуют времени и уединения! Сколько вам потребуется? День? Два? Мы обеспечим вас всем необходимым — провизией, охраной, всем, что нужно для ваших великих дел!

Я закатила глаза к небу, которого не было видно из-за гнилой кровли. Этих фанатиков, похоже, было не проймёшь ничем. Они видели то, что хотели видеть.

И тут, словно в ответ на моё отчаяние, со стороны леса раздался быстрый, лихой топот ещё одних копыт. На этот раз — одинокий всадник, но скакавший с такой скоростью, будто за ним гналась сама смерть. Все обернулись на этот тревожный звук. К воротам мельничного двора, поднимая тучи пыли, подскакал всадник в потной, запылённой, но всё ещё богатой и узнаваемой ливрее — цвета и с гербом моего «родного» замка Марей. Он практически слетел с коня, его лицо было землистым от усталости и неподдельного ужаса, а глаза лихорадочно бегали по двору, пока не остановились на мне.

Стражники моего «жениха» насторожились, руки почти синхронно потянулись к рукоятям мечей.

— Кто ты такой? Как смеешь врываться сюда и беспокоить нашу госпожу? — рыкнул старший стражник, делая шаг вперёд.

— Я гонец от самого князя Марея! — выпалил всадник, его голос срывался от одышки и волнения. Он, не глядя на стражу, судорожно стал шарить за пазухой и достал оттуда свернутый в трубку пергамент с большой,тяжёлой восковой печатью малинового цвета — печатью правящего дома. — Мне велено найти и доставить княжну Златославу ко двору немедленно! По поводу страшного и трагического происшествия!

У меня в груди что-то ёкнуло, холодной иглой. Отец? Ищет? Но зачем? После всего, что было? «Страшное и трагическое происшествие»? Зловещие слова повисли в воздухе.

— Какое ещё происшествие? — спросил старший из стражников Всеслава, нахмурившись и скрестив руки на груди. — Говори, человек!

Гонец, всё ещё тяжело дыша, сломал печать и развернул пергамент. Его руки дрожали, когда он начал зачитывать, и голос его прерывался, звуча неестественно громко в наступившей гробовой тишине:

— «В ночь накануне, при загадочных и ужасных обстоятельствах, в своих покоях была обнаружена бездыханной её светлость, княжна Аграфена Маревна!» — он сглотнул ком в горле, — «…обнаружена полностью обескровленной, без единой капли в теле! На её шее… нашли следы… следы когтей и зубов неведомой твари, а вокруг тела… выжжены странные символы! Всё… всё указывает на то, что это дело рук опальной княжны Златославы, которая мстит своей семье с помощью запретной, чёрной магии! По приказу князя Марея, княжну Златославу надлежит найти, схватить и доставить ко двору для немедленного свершения правосудия!»