Пышка-ассистентка, которую он потерял - Виолетта Весна Страница 39

Дверь кабинета Демьяна открылась.

Он вышел в пиджаке, с папкой в руке, уже полностью закрытый. Генеральный директор. Человек, у которого нет права на личное перед советом директоров.

Я вдруг поняла, что у меня тоже нет.

Только ему это право дал статус.

А у меня его просто никогда не было.

— Идем, — сказал Демьян.

Мы пошли к большой переговорной.

Я несла папку и планшет. Шла на полшага позади, как всегда. Кирилл — сбоку от Демьяна. Роман остался в коридоре, хотя я видела: ему хотелось пойти за нами.

Перед дверью переговорной Демьян остановился.

— Орлова.

Я подняла глаза.

Он хотел что-то сказать. Я видела.

Может быть: “Я не дам вас уничтожить”.

Может быть: “Держитесь”.

Может быть: “Простите, я сказал не то”.

Но дверь открылась изнутри, и председатель совета произнес:

— Демьян Александрович, все собрались.

Момент закрылся.

Как файл без сохранения.

Я вошла следом.

Большая переговорная была холоднее обычного. Или мне так казалось. Длинный стол, графины с водой, папки перед каждым местом, экран, на котором уже висела заставка с названием проекта “Северные кварталы”. За столом сидели члены совета: мужчины и женщины, которые умели говорить ровно даже тогда, когда решали чужие судьбы.

Эвелина Ланская была там.

Не за столом совета, а чуть в стороне, рядом с представителем партнерской стороны. В белом костюме, спокойная, красивая, с идеально собранными волосами. Она посмотрела на меня и едва заметно улыбнулась.

Не удивилась.

Знала.

Конечно, знала.

Я поставила папки перед Демьяном, подключила планшет к экрану, открыла нужные документы. Все работало. Презентация загрузилась. Вода стояла правильно. Карандаши лежали ровно.

Мой мир разваливался, но сервировка совета директоров была безупречна.

— Мила Сергеевна, останьтесь, — сказал председатель, когда я уже собиралась отойти к стене. — По вашим доступам могут возникнуть вопросы.

По вашим доступам.

Не по подделке.

Не по подрядчику.

По моим доступам.

Я села на свободное место у края стола. Не рядом с Демьяном. Не среди членов совета. На краю, где удобно отвечать и неудобно существовать.

Заседание началось с проекта.

Демьян говорил четко. Обновленный статус сделки, риски по подрядчику, необходимость дополнительной проверки, резервные варианты. Если бы я не знала, что половина комнаты ждет момента перейти ко мне, я бы даже восхитилась тем, как спокойно он держит удар.

Кирилл выступил после него.

— Коллеги, — начал он мягко, — финансовый блок полностью поддерживает дополнительную проверку. Мы заинтересованы в прозрачности не меньше остальных. Однако считаю важным отделить объективные риски сделки от внутренних процедурных нарушений, которые, к сожалению, тоже имели место.

Вот оно.

Я положила руки на колени под столом.

Пальцы были холодные.

Кирилл нажал кнопку, и на экране появилась таблица моих доступов.

Мой профиль.

Мое время входа.

Мои открытые файлы.

Мои сохраненные копии.

Список был ровный, аккуратный, убедительный.

На бумаге я выглядела не человеком, который пытается предотвратить подмену, а ассистенткой, которая несколько дней подряд лезла в закрытые документы.

— Мила Сергеевна Орлова, — продолжил Кирилл, — без официального поручения открывала архивные материалы, связанные с проектом “Заречный”, не относящимся к ее текущим обязанностям. Позднее выяснилось, что в указанном проекте фигурировал ее отец. Это создает возможный личный мотив и конфликт интересов.