Больше не жена дракона - Кристина Юраш Страница 4

Я попала в этот мир не с грохотом и вспышкой света. Тихо. Незаметно. Как сон, который становится явью.

Меня звали Кира. Я лежала в больнице. Капельница в вене, боль в костях и странное спокойствие. Я уже знала: это конец. И не боялась. Просто жалела — о непрожитой жизни, о непроизнесённых словах, о том, что никогда не узнаю, каково это — быть любимой до боли.

Последнее, что я видела — белый потолок палаты и капли, падающие в прозрачной трубке. Последнее, что слышала — монотонный писк кардиомонитора.

А потом — холод. И голоса.

«Она дышит! Слава богам, она дышит!»

Я открыла глаза — и увидела сводчатый потолок с позолоченной лепниной. На мне было платье из шёлка цвета весеннего неба. А руки не мои. Тонкие, белые, с изящными пальцами. На запястье — тонкая золотая цепочка с кулоном в форме драконьего крыла.

«Она так часто падает в обморок, что мне кажется, она какая-то болезненная! Я бы на месте моего сына подумала бы хорошенько!» — надменно произнесла женщина у изголовья. Её лицо было прекрасным — и холодным, как мраморная статуя.

Это была леди Халорн. Свекровь.

Она не обняла меня. Не заплакала от облегчения. Она лишь кивнула — коротко, как начальница на докладе подчинённого:

«Хорошо».

И ушла.

Так я поняла: в этом мире я — не дочь. Не сестра. Не любимая. Я — жена будущего генерала. Инструмент. Украшение. И леди Халорн никогда не скрывала, что считает меня недостойной её сына.

«Ты прекрасно знаешь, чтоя не одобрила этот брак, — говорила она при каждой встрече, поджимая губы, словно выбор сына оскорбил ее до глубины души. — Столько достойных невест, а он выбрал именно тебя!».

Но Альсар… Альсар смотрел на меня иначе. Даже когда он уезжал на войну, его последние слова были: «Жди меня. Только меня. И я вернусь — к тебе».

Я верила ему.

Я верила до этого дня.

Тряска усилилась. Я сжала колени, впиваясь ногтями в ткань платья. На запястье пульсировала метка — золотая, живая, предательская. Она горела там, где еще утром была лишь бледная полоска кожи.

Почему сейчас? Почему именно сейчас, когда он чуть не убил меня?

Я задохнулась.

— Это не мой муж… — прошептала я в пустоту. — Не мой муж…

Глава 2

Слова повисли в воздухе — хрупкие, неуверенные и такие… отчаянные. Я сама испугалась их. Потому что, произнеся их вслух, я уже не могла вернуться к иллюзии, что у нас всё хорошо.

В этот момент дверь тихо открылась. Норберт вошёл с подносом в руках. На нём — фарфоровая чашка, от которой вилась тонкая струйка пара. Рядом — блюдце с мёдом и ломтики лимона.

— Скажи, — я вскинула глаза на старого дворецкого, и в них, наверное, читалась та же безумная надежда, что и в моём голосе. — Скажи, что это не мой муж!

Мой голос предательски дрогнул, словно срываясь в икоту и шёпот отчаяния.

Норберт замер. Его старые глаза — мутные от прожитых лет, уставшие, но внимательные — смотрели на меня с болью и тревогой.

— Вы очень бледная, госпожа, — тихо сказал он. — Я переживаю за вас. Уже отправил слугу к доктору Гревиллу. Нужно, чтобы он вас осмотрел…

Дворецкий осторожно поставил поднос на столик. И замялся. Потом достал из кармана что-то маленькое, блестящее.

— Мадам… Кажется, это потеряли в холле. Горничная нашла и принесла мне.

На его ладони лежало обручальное кольцо Альсара.

Обручальное. Золотое. С крупным, играющим на свету бриллиантом.