Вакцина любви - Дейдра Дункан Страница 4

С этого момента мы с ним время от времени обмениваемся репликами.

Ашер, хозяин дома, разражается смехом.

— Ты серьезно? Да ладно, Лиам. Ты же видел их имена. Кто из трех девушек в списке с наибольшей вероятностью протрахал себе путь наверх? Рейвен Вашингтон – замужняя женщина с ребенком, Алеша Липтон, у которой баллы выше, чем у кого-либо из нас, или Сапфир Роуз, чье имя больше подходит для афиши кабаре в Лас-Вегасе?

После этих слов я невольно вздрагиваю. Та же мысль промелькнула у меня в голове, когда я увидел имена коллег-интернов в почте, но я постарался загнать ее в самый дальний угол сознания – туда, где хранятся вещи, которых я стыжусь. Например, случай, когда я разорвал крутой художественный проект сестры, потому что она сказала, что со своей новой стрижкой я похож на тринадцатилетнего Джастина Бибера.

Но, скажите на милость, кто в здравом уме назовет дочь Сапфир Роуз и будет ожидать, что к ней станут относиться серьезно?

Если эта интерн-стриптизерша действительно получила свое место через постель, я, черт побери, с ума сойду.

Но… вдруг это ложь? Что, если это была не она? У каждой истории две стороны.

— Неужели это правда? – Я бросаю взгляд на доктора Левина. – Неужели она переспала с кем-то, чтобы сюда попасть?

Левин пожимает плечами:

— Нам сообщил об этом надежный источник.

Насколько надежный?

Несколько дней назад Алеша Липтон добавила меня в групповой чат с другими интернами, и уже несколько дней мы общаемся. Однако Сапфир почти не участвует в переписке, поэтому у меня пока не сложилось о ней никакого мнения.

Во мне закипает возмущение, но я сдерживаю себя, напоминая, что нельзя рубить сплеча. Нужно дождаться фактов, даже если мой куратор, по сути, подтвердил слухи.

Уф.

В конце концов, так ли это важно? Нет. Меня это не касается. Это не мое дело.

Не высовывайся, не сбивайся с пути и просто работай. Четыре года, и ты свободен.

Глава 2

Грейс

Июнь, первый год обучения

Когда я тянусь к рулю, у меня дрожат руки. GPS терпеливо ждет, пока я задам маршрут, но предательские бабочки в животе заставляют меня судорожно вцепиться в дверную ручку. Меня вот-вот стошнит.

Я распахиваю дверь и жадно глотаю душный ночной воздух. Глубокий вдох прогоняет тошноту. Следующий вдох – и утихает трепет в груди.

Это всего лишь вечеринка.

Тусовка ординаторов – это шанс расслабиться, пообщаться и сблизиться с моей будущей рабочей семьей. В ближайшие несколько лет я проведу с этими людьми больше времени, чем со своими родными в Калифорнии.

Соберись, Грейс. Это то, о чем ты всегда мечтала.

С самого детства образ себя в белом халате – умной, успешной и уважаемой – согревал мое честолюбивое сердце. Быть врачом – это мечта, которую я лелеяла на протяжении всей жизни. Главное подтверждение моей значимости и доказательство того, что меня должны воспринимать всерьез, несмотря ни на что.

Но эти мысли не способны унять парализующий приступ социофобии, как корсетом сдавливающий мне грудь.

Что, если я им не понравлюсь?

Достав телефон, я быстро набираю сообщение:

Я: Я ужасно нервничаю.

Мама: Все будет хорошо, милая. Просто дыши глубоко.

Надо было выпить бета-блокатор[8].

А вместо этого я вооружилась алыми лабутенами, купленными еще на выпускной, и помадой «НАРС» оттенка «вызывающий красный». Мои длинные волнистые волосы уложены в мягкие локоны, ниспадающие на спину. Ну а вишенка на торте – это, разумеется, красное платье.