Чужие под одной фамилией - Александра Новикова Страница 4

— Что? — вопрос прозвучал слишком глупо.

— Ты выйдешь за него замуж, — повторил отец, будто объяснял маленькому ребёнку.

— Это какая-то шутка? — я уже была готова рассмеяться, ведь принять тот факт, что родной отец тебя продал, было просто невозможно.

— Нет, Вероника, не шутка.

— Нет, — резко встала, колени дрожали, но я заставила себя стоять прямо.

— Это не обсуждается, — отрезал отец, в его голосе не было ни капли того тепла, к которому я привыкла с детства.

— Это ещё как обсуждается! Я не собираюсь выходить замуж за какого-то мужика, которого даже не знаю!

— Ты его знаешь, Кирилл, часто ужинал с нами последние полгода. — продолжил отец.

Кирилл. Перед глазами тут же всплыл его образ: высокий, крупный, с тёмными волосами и синими глазами. Он всегда казался мне неприятным и мутным, но теперь всё стало ещё хуже. Я виделась с ним пару раз на ужинах с родителями, он много говорил и всё время смотрел на меня так, что хотелось съёжиться. Теперь я поняла, что это был за взгляд: он оценивал товар.

— Ты издеваешься? Он же старый! — прошипела я, подходя к папе.

В голове лихорадочно крутились мысли, я пыталась зацепиться хоть за какой-то аргумент, лишь бы разрушить этот абсурдный план.

— Ему всего тридцать восемь, он в полном рассвете сил.

— Всего?! — не выдержав, я сорвалась на крик, в ушах звенело от собственного голоса.

Отец тяжело вздохнул, а я вдруг осознала, насколько крошечная на его фоне — и это при моих ста семидесяти сантиметрах.

Кто этот человек? Где мой папа?

— Ты сделаешь так, как я сказал, — отрезал он.

— Нет!

Звонкая пощёчина оборвала мой протест. Мир на мгновение качнулся и замер, оглушённый тишиной. Левая щека вспыхнула, пульсируя тупой болью, но этот жар был ничем по сравнению с тем, что творилось внутри. Там, где ещё секунду назад жили любовь и доверие к самому близкому человеку, теперь зияла лишь чёрная обугленная пустота. Отец опустил руку и посмотрел на меня сверху вниз. В его глазах не было ни капли сожаления.

— Ты думаешь, у тебя есть выбор? — произнёс он совершенно спокойно, и этот тон пугал сильнее любого крика.

Где-то за спиной мама громко вздохнула, но промолчала.

Мама... Ну скажи же хоть что-то!

Смотря на отца, я начала понимать: выбора действительно не было. Вся моя прошлая жизнь, все мечты о Москве, Тим — всё это только что рассыпалось в прах под тяжёлой рукой.

— Через час приедет Кирилл Николаевич, и ты будешь вести себя как порядочная девочка. Улыбаться, разговаривать, и не спорить! Ты меня поняла? — зло спросил отец.

— Поняла, — я всё ещё находилась в ужасе от всего происходящего, но злить отца больше не хотелось.

На меня впервые в жизни подняли руку. Удар вышиб не только воздух, но и всё понимание того, как устроен мой мир. Пока щека горела, пульсируя в такт сбивчивому сердцу, отец уже потерял ко мне всякий интерес. Вернувшись в кресло, он сделал глоток виски — для него этот разговор был окончен. А я так и осталась стоять посреди комнаты, не в силах унять дрожь, которая волнами колотила всё тело.

— Можно я пойду? — голос предательски дрогнул.

Отец кивнул, не оторвав взгляд от стакана. Мама продолжала молчать и это равнодушие жгло сильнее пощёчины. На ватных ногах я выбралась из гостиной и поднялась к себе. Щелчок замка отозвался в тишине призрачной иллюзией безопасности. Только тогда я позволила себе осесть на кровать и обхватить голову руками.