Мама по контракту - Реджи Минт Страница 41

— Но ведь полиция…

— На всякий случай. Даже если они откажут в заведении дела, это будет аргумент для судьи. Нам ведь надо доказать, что вы имеете право на уже купленную квартиру. Что треть ее стоимости – ваша точно, а еще треть вы выплачивали сколько лет?

— Два года.

— Значит, мы посчитаем, исходя из суммы покупки. И будем претендовать на две трети. Это как минимум. И еще пригрозим привлечь за мошенничество. Потому что вы давали деньги на несуществующий ипотечный кредит. Переводили с карты?

— Да.

— Вот и хорошо. Не надо так волноваться, – юрист смотрит на меня с сочувствием. – Когда деньги перечисляет банк – всегда есть документы. Вот если бы вы носили вашему мужу наличные…

— Олег сказал, что я ничего не смогу доказать. Что все деньги потрачены на совместный быт.

— Ваш Олег – большой оптимист. Или большой идиот. Или целиком и полностью уверен, что вы не будете рыпаться, а тихо пойдете и повеситесь. Вешаться не собираетесь? – улыбается юрист.

— Нет.

Это честный ответ. Я собираюсь жить. Ради себя. Ради ребенка. Ради того, чтобы через несколько лет стать настолько счастливой. Чтобы не вспоминать потом сегодняшние черные дни.

— Итак, вы должны оформить на меня доверенность. У нотариуса. Тут недалеко, в соседнем доме. Потом вернетесь, и мы уже подготовим все заявления. Для полиции я вам тоже все дам. Сами справитесь?

Видимо, Татьяна замечает в моих глазах ужас и машет рукой:

— Ладно, сходим вместе. Теперь важный вопрос. Есть что-то, что я обязана знать о вас, вашем муже или вашей семье? Что-то, что может помешать нам выиграть дело?

— Не понимаю.

— Ну предположим, звонит ваш Олег сегодня вечером и говорит: “Дорогая Лика, если ты не заберешь заявление, я выложу в интернет твои голые фото и еще на работу отправлю”. И вы, вместо того чтобы сказать: “Татьяна, у моего мужа есть компрометирующая информация, и он меня шантажирует”, заберете заявление и спрячетесь.

Я теряюсь, перебираю все в нашей совместной жизни. Месяц за месяцем.

Татьяна меня не торопит, ждет.

Понимаю, единственное, чем Олег может меня шантажировать – это мой ребенок. То, что он не знает.

Словно дурак-царь из сказки. “Отдай мне то, чего дома не ждешь”. Я прикусываю губу, думая – рассказать или нет. Решаюсь.

— Я беременна. Очень маленький срок. От мужа. Ребенка решила оставить. Это не обсуждается, – говорю быстро, потому что очень боюсь. Даже не знаю чего.

У Татьяны ползут брови вверх:

— И ваш муж, зная об этом, устроил все, что устроил?

— Нет, я не успела ему сказать. Как раз хотела, но не вышло.

Я ловлю себя на желании рассказать всю историю, весь тот жуткий день от начала до конца, но понимаю – нет, не нужно. Не нужно Татьяне, и точно – не нужно мне. Пусть все остается только в прошлом.

— Я вас правильно понимаю, вы до развода не хотите, чтобы Олег был в курсе вашего состояния?

— Да. Хочу оставить ребенка, но не желаю, чтобы мой муж, который станет бывшим, имел бы к этому отношение.

Татьяна кивает, но говорит то, чего я боюсь:

— Вы понимаете, что при затянувшейся тяжбе ваше состояние будет сложно скрыть? И потом, после рождения ребенка ваш бывший муж сможет потребовать генетический тест и добиться признания отцовства.

— Нет, я об этом не думала, – говорю и чувствую, как холодеет в груди. Лучше плюнуть на все деньги и квартиры, только не подпустить Олега близко!