Сильное звено Академии Драконов - Оксана Гринберга Страница 43

Вот и я из врожденного благородства все-таки не послала его куда подальше – в магическом смысле, потому что могла бы это провернуть, – а сидела, размышляя, как от него отвязаться.

Или все-таки рассказать?

– Зато мне нравится звать тебя Джой, – пожал он плечами. – Итак, что тут происходит?

– Я размышляю над своей бакалаврской.

Лицо Кирана вытянулось от удивления. Уж о чем-о чем, но о такой вещи он точно не думал.

– Что это значит?

– То, что я уже выбрала себе тему.Решила написать о героической четверке из Академии Неринга. Смотри, они выиграли Турнир Десяти Островов, когда были на четвертом курсе. – Я как раз обнаружила эту статью в следующей газете. – А потом еще раз стали победителями, но уже на пятом. Ну надо же!

– Молодцы, – согласился со мной Киран.

– К тому же они совершили какое-то открытие… Невероятный прорыв, связанный с лечением Пепельной Хвори, после чего организовали дюжину исследовательских лабораторий.

Киран согласился, что это отличная тема для бакалаврской, и предложил помочь мне с материалами.

Ясное дело, никуда уходить он не собирался, поэтому мы провели следующие полчаса, листая старые газеты и пересказывая друг другу то, что из них почерпнули.

Сидели бы и дальше, но явилась библиотекарша и заявила, что они закрываются.

К этому моменту выяснить я смогла не слишком-то много. Только то, что сперва хвалебные речи лились на всю четверку и их имена постоянно упоминались во всех публикациях. Но года через три вместо четырех драконов в газетах стали упоминать лишь о троих – об Андреасе Соргене, Седрике Россе и Вестере Данхилле.

А еще через пару лет остались только Сорген и Росс.

Зато последние лет семь в газетах писали исключительно об Андреасе Соргене. О том, как он получил титул почетного горожанина Неринга, затем в его честь назвали госпиталь, школу, городскую библиотеку и множество других городских институций, после чего король даровал ему дворянский титул.

Про остальных больше никто не вспоминал.

Словно у журналистов разом случилась амнезия, и четверка Соргена превратилась сперва в тройку, затем в двойку, а потом остался лишь один – единоличный владелец всех лабораторий и королевский любимчик, купающийся в лучах славы.

В одной из газет я увидела портрет Андреаса Соргена.

Это был крупный мужчина с растрепанными волосами, сердито сдвинутыми бровями, упрямым, немного выступающим подбородком и колким взглядом.

Я осторожно прикоснулась к его портрету пальцами, но почувствовала лишь идущий от картинки холодок.

Так, словно он был моим врагом.

Но вряд ли это могло что-то означать – лишь то, что я в очередной раз выдавала желаемое за действительное.

Тут нам пришлось отдать газетную подшивку библиотекарше, а затем я на всякий случай спросила, где можно встретить лордаСоргена.

Нет, я вовсе не собираюсь – хотя я собиралась – утомлять его своим навязчивым вниманием и вопросами. Мне бы всего лишь взглянуть на него со стороны.

Да-да, для бакалаврской работы.

– Думаю, вам смогут подсказать это в лаборатории. В той самой, которая находится на территории нашей академии, – произнесла библиотекарша, а затем добавила, что о лорде Соргене она ничего не знает, потому что это не в ее компетенции.

Уже скоро за нами закрылась дверь, и мы с Кираном отправились… Я думала, что не помешает сходить к лаборатории и попытать там удачу, но тут студенты в коридорах главного корпуса пришли в движение.