Жена, которой не было в документах - Виолетта Весна Страница 43

Для меня это уже предательство.

Норин кивнул.

— В суде формулируем иначе. «Существенное влияние третьего лица на семейные решения и подготовку соглашения». Продолжим.

Он взял старые документы.

Чем дальше читал, тем меньше на его лице оставалось скуки.

— Мастерская принадлежала вам?

— До брака. Вернее, я получила ее по наследству.

— Документы о наследстве есть?

— Должны быть. Пока нашла копии. Оригиналы могут быть дома или у нотариуса.

— Обязательно запросим. Передача объекта?

— Гордей сказал, что временно. Чтобы пройти банковскую проверку и запустить проект.

— Вы подписывали?

— Да.

— Не читая?

Таисия опустила взгляд.

— Читая, но не понимая последствий. Я верила ему.

Норин вздохнул.

Не осуждающе.

Скорее так, как врач вздыхает, видя старый перелом, который неправильно сросся.

— Вера — плохой юрист.

— Он мне уже сказал почти то же самое.

— Умный человек говорит мерзости убедительнее глупого. Что еще?

Таисия достала флешку.

— Бабушка оставила.

На листке написала, что там копия разговора.

— Смотрели?

— Нет.

— Почему?

— Не при ребенке. Потом не успела.

Норин взял флешку осторожно, словно улику.

— Сейчас посмотрим только технически, открывается ли. Содержание лучше фиксировать при помощнике и сделать копию.

Он нажал кнопку на телефоне.

— Игорь, зайдите. Помощник вошел через минуту.

Норин отдал ему флешку.

— Проверить на отдельном ноутбуке без сети. Скопировать на защищенный носитель. Ничего не удалять, ничего не переименовывать. Если аудио — не слушать до меня. Поняли?

— Да. Помощник ушел.

Таисия почувствовала, что ладони стали влажными.

— Если там ничего нет?

— Тогда ищем другое.

— А если есть?

— Тогда будем думать, как это использовать законно и разумно.

— Законно?

Норин посмотрел на нее поверх очков.

— Таисия Сергеевна, я понимаю, что вам сейчас хочется справедливости.

Но справедливость, добытая криво, иногда становится подарком второй стороне. Кто записывал, когда, при каких обстоятельствах, кто участники разговора — все важно.

— Понимаю.

— Нет. Пока не понимаете.

Но поймете.

Он снова взял листы.

— Кто такая Рената Штольц в документах первого проекта?

— Тогда ее не было.

Она пришла позже.

— Но сейчас, судя по вашим словам, она чистит следы.

— Похоже.

— Похоже — мало. Нужны факты.

— Домработница видела ее с синей папкой.

— Домработница готова подтвердить?

— Не знаю.

Она боится.

— Все боятся. Вопрос, чего больше.

Таисия усмехнулась.

— Вы правда не умеете жалеть.

— Умею. Просто не на первой встрече.

В дверь постучали.

Помощник вернулся.

— Файл есть. Аудио. Длительность двенадцать минут сорок секунд. Дата создания на носителе старая, но надо проверять. Копию сделал.

Норин кивнул.

— Садитесь. Будем слушать фрагмент.

Таисия Сергеевна, если вам станет плохо, не героизируйте.

Скажите.

— Мне уже давно плохо.

— Тогда постарайтесь, чтобы стало полезно.

Он включил запись.

Сначала шорох.

Потом молодой голос Гордея.

Не такой, как сейчас.

Быстрее.

Живее.

С хрипотцой и усталостью.— я понимаю, что без объекта мы не проходим.

Да, я понимаю риски.

Но Тая согласна.

Она верит в проект.

Потом мужской голос старше:

— Верит или понимает, что отдает?

— Она не отдает. Это временная история.

Таисия перестала дышать.

Молодой Гордей продолжал:

— Когда зайдем в сделку, оформим нормально. Я не собираюсь ее кидать. Господи, если бы не она, у нас вообще не было бы проекта. Это она нашла этот чертов двор, это она переписала концепцию, это она вытащила встречу с вами. Пауза. Потом старший голос: