Развод в 42. Верни меня, мой генерал - Элен Блио,Полина Измайлова Страница 47

— Саша, я люблю тебя, слышишь? И она… она тоже тебя полюбит. И она, и сын, Вовка. Они… они будут очень сильно тебя любить.

— Лана… - голос его хрипит, он опять удерживает меня. А потом наклоняет мою голову и целует в губы. Та жадно. Требовательно. Остро…

А я расслабляюсь.

Господи, как же мне в этот момент хорошо!

Я целую в ответ.

Я хочу, чтобы он понял, что я чувствую. КАК чувствую.

Как люблю.

Как ценю то, что любит он.

Что он не забыл…

Конечно, я не хотела для него такой жизни. Всё-таки Роман мне многое рассказал, да, понимаю, не всё, но многое. И я поняла, что радости в жизни моего Соболя было не так уж много.

Печаль была.

Боль была.

Потеря была.

А радости…

Я бы хотела, чтобы он был счастлив.

Пусть и без меня.

Но… вышло как вышло.

И я счастлива, что сейчас мы рядом, мы вместе. И это…

Это навсегда. Я верю.

Это просто не может быть иначе.

— Саша… Саш…

— Иди. Беги за ней. Я… я буду ждать.

— Люблю тебя.

— А я тебя, слышишь? Лана? Люблю.

Чмокаю его в нос и выбегаю из палаты.

Несусь по лестнице вниз, ничего не замечая вокруг, пока не натыкаюсь на призрак.

— Светлана…

Мать. Его мать. Анастасия Алексеевна Соболь.

Смотрю на неё.

А потом отталкиваю, и бегу дальше.

— Стой, остановись! Я прошу!

Не слушаю.

Плевать мне на её речи, что бы она не сказала.

Плевать.

Вылетаю в холл, как раз туда заходят Саша и с ней какой-то молодой военный. Кажется старший лейтенант. Высокий и красивый. И кого-то мне напоминает. И он та-ак смотрит на мою Сашку! Интересно!

Но я пока не могу об этом думать – подумаю потом.

— Саша!

— Мамочка!

Она бросается ко мне, смотрит в глаза, потом обнимает, отстраняется, видимо не понимает, почему я такая счастливая.

— Мама, Вовка… его… его хотят…

— Тише, спокойно, всё хорошо будет с Вовкой, не переживай.

— Мама… всё…всё нормально? Ты… ты…какая-то странная.

— Хм… Извините, Александра, я… вас доставил по адресу. Я свободен?

Дочь поворачивается к лейтенанту, смотрит на него, глазами хлопая.

— Я… не знаю, наверное… да.

— Товарищ лейтенант, вы же под командованием генерала Зверева?

— Так точно. – он даже честь мне отдаёт, такой молодец! – Старший лейтенант Зверев, Евгений Яковлевич.

Яковлевич? Значит не сын. Однофамилец? Или…

— Зверев? Вы… родственник?

— Так точно, младший брат Романа Яковлевича. Единокровный. Сильно младший. – он улыбается, - у нас двадцать лет разницы.

Вспоминаю, что отец Романа возвращал его откуда-то из Америки, от приёмных родителей. Мать Романа бросила. А Евгений говорит, что он единокровный. Всё правильно.

— Значит так, младший брат, голодный?

— Нет, что вы… я…

— Мам, конечно, голодный, мы выехали в восемь утра, в дороге только на заправке перекусили.

— Не стоит беспокоиться, я…

— Очень даже стоит. Сейчас, минутку.

Достаю телефон, набираю коллегу, Надежду, с которой работаю.

— Надюш, слушай, к нам сейчас поднимется старший лейтенант Зверев, он не пациент, но он с дороги, устал, можешь его накормить? Ну так, как своего, ладно? Я скоро приду, у меня тут… у меня дочь приехала и…

Надя обещает всё сделать.

— Евгений, Женя, пойдёмте, я вас провожу до отделения. И не спорьте. Надо поесть, потом будете дела делать.

— Так точно.

Он перехватывает взгляд Сашки, и я вижу, как оба краснеют.

И кого-то они мне оба напоминают.

Снова лестница.