Сердце сирены - Кэтрин Болфинч Страница 48

— Сейчас не время, но мы все оказываем поддержку своему клану, нашей королеве и боссу, – почему-то от его слов захотелось отмыться. – Но наше влияние так разрослось, что мы подумали, что мы должны узнавать друг друга, поэтому… – Бенито молча расстегнул верхние пуговицы рубашки, оголяя грудь, на которой красовалось тату – птичка, влетающая в золотую клетку.

Черт…

Это была идея Хорхе, он предложил сделать знак для организации Тайфуна, чтобы узнавать своих людей в любом уголке страны или даже мира. Но мы никак не думали, что этим воспользуется мерзкий слизняк Бенито. Мне захотелось содрать это тату вместе с его кожей.

И, кажется, мое желание совпадало с желанием Аарона, потому что он несколько секунд пялился на четкие линии татуировки, сведя брови к переносице.

По-моему, лучше бы он его застрелил.

— Если тебе дорога голова, Бенито, то исчезни, – опомнился Хорхе, выйдя вперед. Бенито переводил взгляд с одного парня на другого, ничего не понимая, а мне хотелось рассмеяться и ударить его одновременно. – Собрание окончено, жду каждого с отчетом, – после этого все стали разбредаться, бросая на нас троих непонятные, испуганные взгляды. Что ж, так им и нужно. Пусть боятся. Страх не даст им задуматься о предательстве, страх сделает из них марионеток, послушных кукол и стадо овец, блеющих перед волком.

Аарон забрался на стул рядом со мной, подхватил бутылку виски и сделал несколько жадных глотков прямо из горла, пока Хорхе с немым шоком наблюдал за происходящим. Если Тайфун не сказал ему о Луизе, то и я не собирался.

Глава 12

Элизабет

Моя ночь, как ночь Адама и Лукаса, прошла бессонно. Стоило только закрыть глаза, как в ушах звенели выстрелы, а перед глазами застывала картинка с раненой невестой. Поэтому все время до рассвета я то бродила по комнате, то рассматривала потолок, то заворачивалась в одеяло.

Кем приходилась Луиза Матиасу? Почему он вел ее к алтарю? Он говорил, что потерял сестру… Луиза еще одна его сестра?

Господи…

Как же тяжело быть не посвященной во все эти семейные линии. Если бы отец или Лукас объяснили мне, кто, как и зачем, я бы все равно не влезала в их дела. Мне не хотелось закончить как Луиза. Или другая сестра Матиаса.

Не представляю, что он чувствовал сейчас. И не знаю, встретимся ли мы снова. Хотелось, чтобы встретились. Хотелось узнать, что он в порядке. Но вместо этого я лежала в кровати до тех пор, пока за дверью не послышались голоса, шаги и оживление.

Завтрак в доме семьи Санчес подавали ровно в девять утра.

Ровно в девять я вышла из комнаты, надев первый попавшийся топ и джинсовые шорты.

В привычно тихом доме сейчас было слишком шумно, крики расходились эхом по лестнице, забирались на второй этаж. Кажется, Лукас с кем-то спорил. Я остановилась на самом верху, прислушиваясь.

И точно, Лукас спорил с Софией.

— Не нужно делать вид, что ты переживаешь, – в привычно злой манере выплюнул Лукас. София громко охнула.

— Да как ты смеешь!

— Ты уже проходила через это, уже теряла сына, но он вернулся живой. Мне вот что интересно, почему малыш Том вызвал у тебя столько слез? – Меня всегда удивляло то, как он с ней разговаривал. София – его мать, он защищал ее, оберегал, но при этом ставил на место так, словно был королем, а она служанкой, не стоящей его внимания.