Развод. Генерал, начинайте с нуля - Виолетта Весна Страница 48

— Я не буду просить вернуться, — сказал он.

— Мы только что развелись. Возвращаться юридически некуда.

— Я имею в виду домой.

— Ключи ты уже отдал.

— Поэтому и говорю сейчас. Чтобы это не выглядело условием передачи.

Я остановилась у ограждения. Андрей тоже.

— Что ты хочешь сказать?

— Я сожалею.

— О разводе?

— О том, как к нему пришел. Я решил, что избавляю тебя от выбора между работой и мной. На деле снова выбрал сам.

— Ты понял это в первый вечер.

— Понял формулировку. За этот месяц увидел, сколько раз делал так раньше.

— Назови один случай, кроме переезда.

Он не стал перечислять весь брак.

— Когда Ксения выбирала вуз, я договорился о встрече в ведомственной академии до того, как спросил, хочет ли она туда поступать. Она отказалась и выбрала логистику. Я считал, что дал возможность. Она считала, что я подготовил решение.

— Она говорила мне об этом.

— Мне сказала только в прошлое воскресенье.

— Потому что ты спросил?

— Да.

— Хорошо.

— Это не просьба зачесть мне изменение.

— Тогда зачем рассказываешь?

— Чтобы не ограничиться общей фразой о сожалении.

В его ответе не было безупречной мудрости. Он просто сделал то, чего я годами хотела: назвал конкретный поступок и свою часть ответственности, не требуя, чтобы я немедленно признала его другим человеком.

— Я услышала, — сказала я. — Но понимание не возвращает прежний брак.

— Знаю.

— И твое участие в конкурсе ничего не меняет между нами до его окончания.

— Знаю.

— Тогда на сегодня все.

— Да.

Мы пошли дальше. Через несколько шагов Андрей спросил:

— Фамилию оставляешь окончательно?

— Да. Она стоит на договорах, публикациях и документах общества. Менять ее только для доказательства независимости не хочу.

— Я не собирался просить вернуть девичью.

— Знаю. Но и считать фамилию знаком надежды не нужно.

— Не буду.

— Ксении не придется объяснять, почему у нас разные фамилии. Это дополнительное удобство, но не главная причина.

— Какая главная?

— Я прожила под этой фамилией больше половины взрослой жизни. Она уже моя.

Андрей принял ответ без видимого удовольствия или обиды.

— Счет Ксении остается на мне до ее двадцатипятилетия, — сказал он. — После передам ей, как записано в проекте. Каждый квартал буду загружать выписку в общую папку.

— Хорошо. Деньги не используем для подарков или крупных покупок без ее согласия.

— Согласен.

— И фотографии из лаборатории готовы?

— Забрал вчера. Твой комплект лежит у Виктории вместе с документами, чтобы не приезжать в квартиру без необходимости.

— Спасибо.

Мы обсудили три практических вопроса за пять минут и не попытались спрятать за ними то, что случилось в ЗАГС. Раньше такие договоренности подтверждали бы, что мы все еще семья. Теперь они показывали только способность завершать общие дела без давления.

Мы дошли до парковки. Моя машина стояла ближе. Андрей остановился в двух шагах и не стал открывать дверь за меня.

— Напиши Ксении, что закончили, — сказала я.

— Напишу. Ты тоже.

— Она просила каждого сообщать напрямую.

Мы одновременно достали телефоны. Я написала: «Регистрация завершена. Я еду домой. Папа свяжется отдельно». Андрей набрал свое сообщение, не показывая мне.

Ксения ответила почти сразу: «Получила оба. Я в порядке. Люблю вас».

Я села в машину. Андрей дождался, пока я выеду, и направился к своей.