Белль. Месть прошлого. - Ира Далински Страница 49

Покончив с обедом, я попросила Дерека позволить мне навестить Хантера, мне нужно поговорить с ним, на что, конечно же, получила сухое и категоричное «не положено». Но я не собираюсь сдаваться.

Я должна что-то предпринять. Дженни нельзя позволить приехать. Последствия будут катастрофическими. Сделав вид, что направляюсь в свою комнату, я незаметно свернула в сторону кабинета Хантера. Дерек, конечно, заметил мой маневр, но, судя по его усталому вздоху, сил препираться со мной у него нет.

Дверь в кабинет оказалась заперта. Черт! Нужно срочно что-то придумать.

Взгляд падает на тяжелую вазу с цветами, стоящую в углу неподалеку. Не самое элегантное решение, но другого выхода нет. Хватаю вазу, пока Дерек не опомнился и со всей силы обрушиваю ее на дверь.

Раздался оглушительный грохот, и Дерек, словно молния, оказался рядом.

— Что вы творите?! — прорычал он, хватая меня за руку.

— Мне нужно поговорить с Хантером! Это вопрос жизни и смерти! — выпалила я, пытаясь вырваться.

К счастью, шум привлек внимание и самого хозяина особняка. Дверь распахнулась, и на пороге появляется он, мрачный и раздраженный.

— Что здесь происходит? — рявкает Хантер, переводя взгляд с меня на Дерека. Внутри все похолодело от страха, но я должна стоять на своем.

— Пожалуйста, давай поговорим, — молю, впиваясь взглядом в его обсидиановые глаза, где проблеска жалости не сыскать. Мгновение он буравит меня своим непроницаемым взором, и вдруг, словно одолжение, бросает:

— Ладно. Заходи раз такая неугомонная,— кивком головы отстраняется от двери, впуская меня в кабинет. Дерек остается снаружи, каменной глыбой на страже.

С трудом отгоняю воспоминания о прошлом визите сюда. Тогда казалось, он готов был придушить меня собственными руками.

Дверь с глухим стуком захлопывается, и я вздрагиваю. Хантер садится за стол, не поднимая глаз от каких-то бумаг, небрежно бросает:

— Говори что хотела.

Собираю волю в кулак. В конце концов, стоит попробовать. На кону моя жизнь, хуже уже точно не будет.

— Мне тяжело взаперти. Сутками жить в четырех стенах в ожидании, что ни сегодня, так завтра ты расправишься со мной, — черные глаза поднимаются, но голова его по-прежнему склонена над бумагами. — Позволь мне раз в день выходить на свежий воздух. Хотя бы на полчаса.

Со стуком кладет ручку на стол. Сразу чувствую переменившееся настроение Хантера, воздух словно наэлектризован.

— Я, видимо, слишком мягок с тобой, Белль, — в его голосе сквозит ядовитая ухмылка. — От хорошей жизни с ума сходишь?

— Вовсе нет…

— Думаешь, в тюрьме у меня была такая свобода, гм? — он складывает руки замком, подпирает ими подбородок и смотрит на меня хищно, исподлобья.

Делаю глубокий вдох.

— Нет.

— Ты должна быть благодарна за мягкую постель, за вкусную еду. За то, что тебя не пытаются зарезать во сне.

Вздрагиваю. Это… это то, через что прошел он?

Смотрю на Хантера и не понимаю, за что ему такие страдания. Неужели той ночью он действительно совершил то чудовищное преступление? Эти жесткие, немигающие глаза.

Отвожу взгляд. Наверняка была проведена экспертиза, неопровержимо доказавшая вину Хантера, а его признание лишь поставило точку в деле. Но что тогда означали слова Ярого о его освобождении?

— Дерек, — зовет охранника, и я понимаю, что разговор окончен.

Если бы он позволил мне хотя бы на десять минут выходить на улицу, я бы обязательно нашла способ сбежать. Тогда все стало бы проще.