Секрет австрийского штруделя - Анна Акимцева Страница 5

– Вот там и остынешь, – огрызнулась я, намекая на посетивший Анюту приступ стервозности, возвращая вентилятор на место.

– Ромка со мной собирался, – не замечая моего тона, продолжала Анюта, открыв глаза, – да в последний момент что-то у него там не срослось, какой-то срочный заказ….

Ага, значит все-таки не просто семинар для расширения кругозора, а очень даже семейная поездка с любимым мужем, между прочим, за счетродной конторы.

Узнаю экономную до скупости дорогую подружку. На мой взгляд, это все тяжкое наследие голодного детства, в котором из одежды у Ковальковой были только перелицованные вещи старшей сестры, а из еды, только то, что выросло в огороде.

– Так вот, я и подумала, – продолжала Анюта, – у тебя же отпуска давно не было? Так? Поехали со мной. Погуляешь, развеешься. По экскурсиям нагуляешь. Тебе же все это очень нравится. Ну а вечером…, – Анюта хитро взглянула на меня поверх очков, – потащу тебя развлекаться. Списалась со своими однокурсниками, осевшими в Питере, так они обещали показать пару отличных клубов.

Нда. Заманчиво, но не ко времени. Денег, после покупки квартиры, просто в обрез. Какой тут Питер! Сейчас главное тактично отказаться, не обидев лучшую подружку, решившую и меня облагодетельствовать и от скуки в чужом городе не закиснуть.

– Про отпуск со Страховой я договорюсь, – по-своему понимая мой растерянный вид, заторопилась Анюта. – Всего неделя! Пять рабочих дней!

Она была настойчива, показывала фото забронированного отеля и перечисляла оплаченные экскурсии, демонстрировала прогноз погоды и уверяла, что от меня потребуется минимум расходов. Я бы ни за что не справилась с натиском и упорством Анюты. Это все равно, что идти против урагана или плыть против течения. Я начала представлять, как брожу по Невскому, стою на набережной, вдыхая запах Невы, слушаю шум фонтанов в Петергофе.

– Если дела какие-то в суде назначены, так отложи. Скажись на отпуск. Мы с тобой прямо из Питера ходатайство отправим, – продолжала тараторить Анюта.

Дела. В суде. Точно. Рука потянулась к вершителю и распорядителю времени всех юристов, к его величеству Ежедневнику.

Анюта бодро перехватила его у меня из рук, открыла следующую неделю. И тут ее энтузиазм поутих.

– Ивановы? – обреченно пила она, увидев в расписании на понедельник судебное заседание по самому склочному за последние несколько месяцев, делу.

– Они, родные. Финал после экспертизы. Поэтому и моя смерть не будет основанием для отложения. Питер помахал мне рукой, – со вздохом, в котором, скользнуло облегчение, ответила я, забирая у подруги ежедневник.

Глава 2. Воскресенье.

Петух надрывался за окном чересчур яростно. Казалось, что несносная птица орет у меня над ухом, проговаривая: «Эк кукурекуууу», делая паузу, чтобы набрать побольше воздуха.

Еще не проснувшись, я пыталась накрыть голову подушкой, зажимала уши. Хорошо бы встать и закрыть окно, но это не минуемо означает, что пернатый будильник снова победил и заставил меня встать ни свет, ни заря.

Главное продержаться десять минут, а потом задор птицы иссякнет, и она будет лишь слабо вскрикивать, не громко и не раздражающе.

Но видимо, в сегодняшнее воскресное утро, петух решил изменить свое расписание, и крики его, и не думали утихать. Ни через десять минут, ни через двадцать.