Пышный размер. Ландыши от босса - Татьяна Новикова Страница 5

Главный бухгалтер медленно откладывает недоеденное печенье. Её лицо морщится, будто я им аппетит испортила своим визитом.

— Людмила Валерьевна, — произносит она, четко выделяя отчество, — я никаких букетов не заказывала. И, насколько мне известно, никто мне их не собирался дарить.

— Но… — я растерянно моргаю. — Илья Андреевич сказал…

— Что именно он сказал? — Её голос становится ледяным.

— Что заказал букет для Людмилы Владимировны.

— Значит, произошла ошибка, — сухо отвечает она. — Но ко мне она не имеет никакого отношения.

Я стою с ландышами в руках как первоклассница, переступая с ноги на ногу. С одной стороны, и хорошо, если букет все-таки мой по праву, а с другой…

А с другой теперь я прекрасно осознаю, что Миша никогда бы не заказал мне цветы. Он туалетную бумагу сам купить не в состоянии. А тут целый букетище. Ещё и с запиской.

— Простите, — бормочу я. — Я просто подумала…

— Ваше дело — не думать, а заниматься клиентами, — отрезает она. — Можете идти.

Развернувшись, спешно выхожу, только бы никто не увидел моего пылающего лица. Но, не успев закрыть дверь, слышу приглушенный язвительный тон Сергея Павловича:

— Ты вообще ее видела? Разве эта толстуха не портит имидж всей нашей клиники?

Людмила Владимировна едва слышно смеется.

Глава 3

Глава 3

Я останавливаюсь, точно врезавшись в невидимую стену. Воздуха становится так мало, что каждый вдох отдается резью в груди.

«Толстуха».

Слово липнет к коже как влажная одежда. Его не стряхнешь, не отмоешь. Оно проникает под халат, в самую голову и застывает там комом.

Вот кем меня считает начальство? Жирной страшилой, которую нельзя пускать в коридоры, ибо отпугнет богатеньких пациенток своим внешним видом?

Я медленно выдыхаю. Сдерживаться сложно. Но что я могу сделать? Вернуться в кабинет и закатить истерику? Ландышами их отхлестать? А после гордо уволиться в никуда, потому как не найду такого же денежного и непыльного места? Я за последние годы сменила три работы, и эта — лучшая. Платят хорошо, беготни никакой нет, клиентская база наработана.

Нет уж. Не дождутся. Мне плевать на мнение этого Сергея Павловича. Сам-то недалеко ушел! За сорок перевалило, а всё молодится, клетчатые рубашки носит, кеды надевает. Лысину зачесывает, чтоб та не особо блестела.

Тьфу на него, короче говоря.

А вот на чужие ландыши — не тьфу. Раз уж сегодня день моего позора — доведем его до логического финала.

Я направляюсь прямиком в приемную генерального директора. Никогда сюда не заходила. Слишком маленький человечек, чтобы в кабинет к главному вызывали. Но где он находится, конечно, представляю. Частенько мимо проходила, вдыхая крепкий аромат кофе, который по утрам любит пить Журавлев.

Марина, его секретарь, сидит за столом и раскладывает документы по трем стопкам. У неё прекрасная укладка, дорогой маникюр и такая осанка, будто она проглотила палку. Девушка мило улыбается, ни на секунду не намекнув, что мне тут не рады. Выглядит она так, будто я самый желанный на свете гость.

— Илья Андреевич у себя? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не подрагивал.

— Он уехал на встречу. К сожалению, будет только завтра.

Эх. Даже не знаю, радоваться или огорчаться тому факту, что публичное унижение отменяется. Впрочем, мне даже лучше.

Протягиваю ей ландыши.