Таро на троих - Анна Есина Страница 50

— А вам кого?

Тёма внутренне тяжело вздохнул, врубил на полную катушку инфернальный флирт и томно проговорил:

— Знаешь, милая, у меня проблема очень деликатного свойства. Не пригласишь внутрь, чтобы мы могли в тишине обсудить?

Лида, кажется, так её звали, загипнотизировано кивнула и посторонилась. Я прошла в прихожую. Сморщилась от кислого запаха. Соседка то ли кипятила бельё в растворе уксуса, то ли варила щи из несвежего мяса и квашеной капусты, но всё стремление потешить низменные потребности организма начало сходить на нет.

Вдруг вспомнилось, как я лежала на столе. Пальцы вплетены в белокурую макушку, руки напряжены и практически выдавливают наружу весьма аппетитный бюст. Соски стоят торчком и молят, чтобы к ним прикоснулись,провели кончиком языка по морщинистой ореоле и щёлкнули по твёрдой вершине.

— Тём, прекращай.

— Не могу, Стась. Такое не развидеть. Ещё не поздно повернуть назад. Клянусь, что буду сдерживаться и впредь, пока ты сама не захочешь...

— С вами обоими? Совсем очумел? Не захочу!

— А я не хочу её. И вообще никого.

— Твой урчащий живот говорит об обратном.

— Человек может обходиться без еды очень длительное время.

— Но ты не человек, Тём.

— Так и демон вполне способен совладать с похотью, — гнул он свою линию.

— Перекуси уже, влюблённый мой, и не компостируй нам обоим мозг, раз уж он у нас общий на данном этапе. Тебя не смутит, если я буду орать гимны?

— А тебя, если представлю на её месте?

— Кого? Шерон Стоун?

— Тебя, глупенькая.

— Это как-то отразится на моём восприятии?

— Давай проверим.

Удушливый аромат кислятины испарился. Его место занял тонкий всплеск цитрусовой свежести с тёплыми нотами ванили и цветущей жимолости, в котором угадывался и бойкий нрав, и пленительная женственность.

У меня голова пошла кругом от первой же нотки, а перед глазами обрисовался совсем иной образ. Место нескладной простушки в потасканной пижаме заняла обворожительная девушка с длинными, как шёлковая ночь, чёрными волосами. Её взгляд — глубокий, чуть загадочный, будто хранил в себе целую вселенную тайн. Она была одета в элегантное чёрное платье с кружевными рукавами, подчёркивающее её утончённость и чувственность. Лёгкая полуулыбка, изящная осанка и благородная сдержанность создавали образ роковой красавицы, в котором сочетаются хрупкость и внутренняя сила. Юная прелестница походила на тёмную звезду, манящую и опасную одновременно.

— Серьёзно? Ты такой меня видишь?

Тёма не ответил. Навис над тонким силуэтом, напустил ещё больше феромонов, которые вскружили голову даже мне, и с тихим стоном прижался к приоткрытым в ожидании девичьим губам.

Это было странно, если не сказать чересчур шизоидно. Я целовала саму себя и в то же время ощущала себя неким сторонним наблюдателем.

Вот его руки очертили шею, выписали стройный силуэт и мягко легли на бёдра. Кто-то из нас троих застонал. Поцелуй стал глубже. Меня пробрало до костей от движений его языка. Он ласкал не только мой рот, но и вливал какое-то опьяняющее зелье во всё тело, наполняялёгкостью, влюблённостью и ощущением полёта.

Томительную нежность он чередовал со вспышками острого безумия. Тёрся об меня бёдрами, вжимал в себя со всей силы, а потом вновь принимался гладить и зацеловывать.

Я то включалась в процесс на всю катушку, то выпадала из него, и всё время силилась сообразить, какие ощущения принадлежат мне, а какие испытывает Тёма.