Мне. Ее. Нельзя - Ольга Дашкова Страница 50

— Алло?

— Вера, твою мать, ты когда научишься брать сама телефон и не подпускать к нему своего лягушатника? Где моя дочь?

Повышаю голос, начинаю терять контроль, внутри все вибрирует, чую, что-то не так с Аленкой, что-то случилось.

— Тихон, ты в своем уме? У нас утро, ты мне чуть ребенка не разбудил, он и так плохо спит.

Вера шипит в динамике, да, мать моей дочери, которую мы зачали по молодости и по глупости, но я от нее не отказался и люблю, родила месяц назад сына. Ей теперь не до старшего отпрыска, к тому же она считает ее взрослой, да никогда особо и не занималась воспитанием Алены.

— Где. Моя. Дочь?

— Что?

— Вера, ты сдурела от материнства и забыла, что у тебя двое детей?

Арина закатывает глаза, мы стоим в пробке на въезде в город, я сопровождаю жену на плановый осмотр, нам через месяц рожать. Не хотелось бы выражаться при пусть еще и не родившемся ребенке, но не выходит.

— Каникулы у нее, у Харрисонов она в поместье, дышит свежим воздухом, катается на лошадках. А что случилось?

— Когда ты с ней последний раз разговаривала?

— Мм…

Вера задумалась, а я понял, что давно.

— Все хорошо с ней, там приличные люди, охрана, это не то что у вас там, что не город, то притон с бандитами.

— От одного такого ты ребенка родила.

— Черт попутал.

— Скинь телефон подруги Алены.

— Но я…

— Вера, блядь, я жду ровно три минуты, если у меня не будет телефона и координат поместья с конями, я сам прилечу завтра и вытрясу из тебя душу, как умею, по-бандитски. Жду.

— Господи, Тихон, мне уже страшно за нашего ребенка. Ты не дашь ему шага ступить без твоего ведома.

— Не дам, а если родится девочка, всех, сука, поубиваю, кто обидит ее.

Я вполне серьезен, так все и будет, поглаживаю живот Арины, малыш пинается, уже характер показывает.

Вера в рекордные сроки высылает телефон подружки Алены, ее зовут Эмма. Набираю номер, долгие гудки, но они есть, и это уже радует; когда отвечает сонный голос, понимаю, что я практически не знаю языка. Я не дипломат, я больше разговариваю не с девушками из Англии, а с криминальными подонками из своей страны.

— Черт, она не понимает.

— Дай мне.

Арина отбирает телефон, начинает говорить по-английски, подбирая слова, слушает, снова говорит, а я еще больше поражаюсь своей жене: она умеет удивлять.

Наша с ней первая встреча прошла не в романтичной обстановке, да и любовь вспыхнула не сразу, я ей сопротивлялся и уже поставил на себе крест.

Разговор был долгим, мы уже приехали и стояли у крыльца клиники, а когда Арина вернула телефон, была озадачена.

— Что?

— Тихон, ты только не волнуйся.

— Что, Арина?

— Блин! – Арина кусает губы, а я понимаю, что дело плохо.

— Арина, я сейчас взорвусь.

— Девочка напугана, найди, кто знает язык лучше, она будет ждать звонка и все расскажет. Я лишь поняла, что Алена улетела в Россию две недели назад и с ней через сутки пропала связь. Эмма не знает, что делать, даже хотела идти в полицию, но испугалась, что отец ее накажет.

— Что за херня?

— Вот такая херня, Тихон, очень нехорошая херня. Влюбилась в парня какого-то и улетела к нему в Россию.

— Снова? Я же предупредил, что в следующий раз всем головы оторву. Две недели? Она здесь две недели?

— Ты только не накручивай, Тихон, я уверена, что все хорошо.

Не знал, куда себя деть и что делать, эта новость, как удар под дых, выбила воздух из легких. Вышел на улицу, пнул нервно колесо, сжал корпус телефона.