Нарушая дистанцию - Элла Савицкая Страница 50

— Наконец-то, — звучит резко из динамика, — Ирка, ну сколько можно? Ну херово мне без тебя, ты это хотела услышать? Скучаю я. СКУЧАЮ.

Меня обдаёт кипятком. Сжав корпус телефона, смотрю в пустоту коридора.

— Ты слышишь меня? Ира!

— Не слышит.

Секундное замешательство.

— Не понял. А ты кто? — в голосе разит претензией.

— Аналогичный вопрос.

Мудило прокашливается и выдаёт с гонором:

— Майор Попов, с кем имею, мать твою, честь?

Майор Попов, говоришь?…

— Старший лейтенант Руднев. Капитан Волошина вышла.

— Она дежурит сегодня что ли?

— Да.

— Ясно. Свободен, лейтенант.

В трубке повисает тишина, а по коридору раздаются шаги.

Кладу телефон туда, откуда взял. Внутри расплескивается плазма. Чиркни спичкой и разнесет.

— Что случилось? — вернувшись, Ира пристально смотрит на меня.

— Ничего. Покурю выйду.

На улице достаю сигареты. Рывком затягиваюсь.

Майор Попов. Игорь.

Я помню эту фамилию. Леваков с Тереховым обсуждали не раз. То есть вот этот вот «Боженька», как называет его Радик — это её бывший?

О котором вспоминать она не хочет вообще никак. Потому что… что? Всё еще любит? Если да, то почему тогда она здесь? Из-за чего уехала?

Собираю все брошенные ею фразы за эти дни. И приплюсовываю те, что только что выдал сам Попов. Картина получается размытая.

Ты уж прости, Ира, но придется мне покопаться в твоем прошлом.

20. Ира

— Там на Петровского заварушка. Патрульные уже выехали, может придется подключать нас, — в кабинет заглядывает сержант, фамилии которого я пока не запомнила.

Ломакин, кажется.

— Хорошо, мы готовы, — поднимаю на него взгляд от бумаг.

Сержант выходит, а я переношу внимание на Руднева. Лейтенант в последние пару часов не отрывается от компьютера. Сосредоточенно что-то изучает. Встает только, чтобы заварить кофе себе. И мне.

Хоть я его об этом не прошу. Он просто молча ставит передо мной чашку и возвращается к компьютеру.

Молчаливый, сдержанный, сам на себя не похожий. Брови нахмурены, как если бы он что-то усердно обдумывал.

Я бы могла предположить, что он переписывается с кем-то из своих пассий, но с таким выражением лица можно переписываться разве что о трупах. А я очень сомневаюсь, что бедные овечки готовы на подобные подвиги ради секса. Пусть и очень хорошего.

Его телефон издаёт звук входящего сообщения, из-за чего я быстро перевожу взгляд в монитор, чтобы Руднев не успел заметить моего к нему несвоевременного внимания.

— Номер появился в сети, — резко встав из-за стола, Никита отходит, но сделав пару шагов, возвращается, клацает мышкой несколько раз и только после этого снова подходит ко мне. — Номер, по которому звонил Рыков.

Я тоже поднимаюсь. Пока лихорадочно соображаю, как поступить, Руднев хватает рацию:

— Дежурный, выход на «оперативную линию» к оператору связи. Пусть срочно пингнут номер +хxx… и пришлют координаты соты и ориентировочную точность.

— Что ты делаешь? — ошарашенно смотрю на него.

— Поедем на локацию, — сгребает со стола портупею с пистолетом и водружает на себя.

— На каком основании? Мы не имеем права выезжать во время дежурства без вызова.

Не успеваю договорить, как ему на рацию приходит ответ:

— Оператор: зарегистрирован в соте четыре пять семь один — ориентировочно район улиц Озерная — Центральная, сектор «юг». Точность порядка ста метров. Чуть точнее скажу через пару минут.