Пышка. Второй шанс для бывшего - Арелла Сонма Страница 51

Вдруг я услышала шорох. Пожалела, что не закрыла за собой дверь на засов. Встала с полка и уперлась во что-то твердое перед собой.

— Ты меня все время лишаешь наслаждений, — услышала голос Саши и почувствовала его руки на своей груди. — Они такие мягкие и упругие одновременно… Умм…

— Убери руки, — напугалась я и попыталась вырваться из его объятий. — Не трогай меня!

— Тише! Не кричи. Мы с тобой муж и жена и это естественно.

Саша прижал меня к себе и я поняла, что он тоже без одежды. Страх сковал все мои мышцы и лишил голоса. Он увидел, что я больше не сопротивляюсь и провел рукой ниже к моей киске. А потом стал массировать мой бугорок между ног.

Мой липовый муж издал стон и просунул палец в мою лунку.

— О… Ты такая мягенькая и кожа нежная, горячая, — слышала его голос как будто издалека.

Мой ступор прошел, когда его стержень стал твердым и он попытался просунуть его мне между ног, чтобы испытать блаженство соития. Но мне этого вовсе не хотелось и я его резко оттолкнула.

Саша исчез в горячем тумане парной. Я услышала лишь как что-то загремело внизу на полу.

— О нет! — закричал Саша. — Больно!

— Что такое? — испугалась я и подошла ближе, протянув руки, как слепая.

Саша сидел на полу, держась за место между ног. Рядом с ним валялось опрокинутое ведро. Ведро было наполнено горячей водой, когда он его уронил. Вода вылилась, обдав его кипятком.

— Боже мой, Саша! — воскликнула я, приседая рядом на колени.

Я забыла о том, что сижу перед ним совершенно голая. Его лицо исказилось от боли, он тяжело дышал, пытаясь унять дрожь, но глаза продолжали изучать мое тело.

— Ты сильно обжегся? — спросила я.

Его руки крепко сжимали орган, краснота кожи вокруг говорила сама за себя.

— Не двигайся, — сказала я твердо, стараясь звучать спокойнее, чем чувствовала себя на самом деле. — Сейчас найду что-нибудь холодное.

Ничего лучше не придумала, как выскочить на улицу в чем мать родила. Я видела, что рядом с баней стояла бочка с водой. Зачерпнула в ковшик прохладную воду, которую Саша налил перед помывкой, и побежала обратно в парную.

— Убери руки. Сейчас станет легче, — сказала я Саше.

Тот с болью в глазах посмотрел на меня и медленно убрал руки. Его орган и в самом деле был красный от ожога с одной стороны. Я стала лить тонкой струйкой воду из ковшика и одновременно дуть, стараясь принести ему облегчение.

Прохладная вода постепенно снимала жжение. Саша закрыл глаза, тяжело дыша, но теперь в его дыхании не было прежней судорожности.

Я продолжала лить воду и дуть на его пенис, чувствуя, как мое тело напряжено от волнения и сочувствия. Мне было неловко от его наготы, но в данный момент это отступило на второй план. Главным было помочь ему справиться с болью. Я понимала, что для мужчин эта часть тела была самой главной.

Краснота постепенно начала спадать, уступая место бледному оттенку. Саша напряженно следил за моими действиями, его дыхание постепенно выравнивалось. А потом я увидела, как его стержень начал нездорово, но бурно реагировать на мои действия.

Израненный, с ожогами, он, казалось, пытался встать, чтобы доказать свою силу, подобно непобежденному воину после тяжелого боя.

— Ты дурак? — недоумевала я.

Саша лишь улыбнулся через силу. Удостоверившись, что ему уже лучше, я накинула халат.