Минни - Екатерина Соловьёва Страница 53

— О… о, милый… милый, только не останавливайся!

И он ускоряется, понимая, как она близка к тому, чтобы…

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

От нахлынувшей волны оглушающего удовольствия Гермиона выгнулась дугой, сжав голову любимого между бёдрами. Сквозь туман неги и блаженства она чувствовала, как тёплый толстый член раздвигает её складки и беспрепятственно проникает внутрь, вызывая целую гамму невероятных ощущений.

«Но… Нет… Мы же ещё не… я хотела…»

Гермиона распахнула глаза, чтобы увидеть счастливое лицо Рона, ведь он так желал этого. Но мужчина, который двигался в ней, оперевшись на сильные руки, Роном вовсе не был.

— Доброе утро, малышка! — озорно улыбнулся Люциус Малфой.

Его белые волосы, озарённые светом из окна, словно светились, создавая какой-то неземной ореол, и в первое мгновение Гермиона решила, что попросту спятила.

Девушка в ужасе закрыла и открыла глаза. Она не понимала, где она и что происходит. И каждая мысль разбивалась новым толчком, приносящим мучительное наслаждение.

— Прекра-а… тите… — и даже голос срывался на вдохе.

Творился какой-то страшный сюрреалистический кошмар: она в постели с Малфоем-старшим, да ещё и получает от этого удовольствие. Девушка рванулась вверх, пытаясь оттолкнуть его.

— Пусти… Пусти-и-и-те!

На мгновение Люциус замер, осознавая, что происходит, а затем резко перехватил её запястья и прижал к матрацу.

— С возвращением, Гермиона! Кто бы мог подумать, что оргазмы избавляют от Обливейта! Стоит предложить этот метод в Мунго, то-то Локонс обрадуется!

— Что вы де… лаете?!

— Ну ты же получила удовольствие, — ухмыльнулся Люциус, возобновляя движения, — теперь моя очередь.

— Не смейте…

Она яростно задёргалась, и Малфой ускорился, уничтожая любые попытки сопротивления.

— Пусти… Чудовище!

— А вчера ты звала меня «милый Люциус»…

Одно воспоминание об этом — и Люциус подхватил её под коленки, прижимая ноги к животу. Гермиона осыпала его плечи градом ударов, она царапалась и даже вцепилась в спутанную белую гриву. Но когда он стал брать её с бешеной скоростью, проникая так глубоко, что из горла рвались жалобные всхлипы, девушка ощутила, как неотвратимо накрывает второй оргазм, не менее яркий, чем первый.

— О, чёрт… Нет, нет!

— Да-а, — хрипло выдохнул Люциус, и Гермиона, почти теряя сознание, почувствовала, как он заполняет её тёплым семенем.

Придя в себя и отдышавшись, она спихнула его, откатилась на край кровати и завернулась в одеяло. И тут же схватилась за голову: картинки-воспоминания посыпались так быстро, что она не успевала воспринимать их.

Клятва-оммаж… Обливейт Драко… Побег в ночь, волчий вой… Вот она делает Люциусу массаж… «Как поживает твоя горничная, Люциус?»… Драко прижимает её к стенке в библиотеке… Легилименс Волдеморта, боль… «Милый… Люциус…»

Слёзы катились градом по щекам. Гермиона захлёбывалась рыданиями.

— Вы… Вы меня… Это должен был быть Рон!

— И думаю, я прекрасно с этим справился, — цинично заметил Люциус, приводя в порядок растрёпанные волосы. — Уверен, Драко не стал бы с тобой так церемониться.

И тут она вспомнила Стоунхендж. Глаза её расширились от ужаса.

— Гарри! Рон! О, господи… Они теперь думают, что я на вашей стороне!..

— Собственно, так оно и есть, — невозмутимо кивнул Люциус.

Он к этому времени надел брюки и застёгивал последнюю пуговицу чёрной рубашки.