Книжный магазинчик на острове - Джули Питерс Страница 54

По крайней мере, она на это надеялась.

Сменив объектив, она снова попробовала снять крачек в гнездовых ямках. Бенгт стоял у нее за спиной и смотрел через плечо, пока она наводила фокус.

— Ну что? – спросил он.

Она оторвалась от видоискателя:

— Вы же понимаете, что на пленочной камере нельзя сразу посмотреть, что получилось?

Оба улыбнулись. Этот день нравился Фрике все больше. Рядом с Бенгтом в ней пробуждалось что-то давно забытое.

— Пришлете мне фотографии, когда проявите?

— Пришлю статью. И фотографии, – пообещала она.

— Если понадобится что-то еще, приходите.

— А вдруг я уже и после одного дня сыта по горло вами и вашими причудами?

Оба все еще улыбались.

— Не думаю, – сказал Бенгт.

Фрике снова навела камеру на крачек. Одна как раз взлетела, и она попыталась поймать ее в полете. Получилось или нет – неизвестно, а второй попытки уже не будет: птица скрылась за дюнами, в сторону моря.

— Вам все это слишком нравится, чтобы уходить. Как и мне.

«Черт, – подумала Фрике, делая вид, что птицы – это самое важное на свете. – Черт, черт, черт». А ведь он может оказаться прав.

Сердце колотилось – быстро, взволнованно.

Черт, черт, черт.

Глава 11

В четверть девятого Фрике стояла перед большим домом с зеленым фронтоном на Зюдерлоге. Она подняла глаза к окнам – оттуда доносились детский смех и голос Сони. Потом – тишина, резко, как по команде. Фрике подняла руку, чтобы постучать, но дверь уже распахнулась и на пороге появилась Соня. Джинсы, белая блузка, босые ноги с ярко-красным лаком на ногтях. Светлые волосы распущены, дыхание сбитое.

— Здравствуйте, – сказала она, – заходите.

Фрике вошла.

— Дети, конечно, еще не спят. Вечно так, когда что-то запланируешь. Проходите в гостиную, я сейчас.

Она указала Фрике дорогу и взбежала обратно по лестнице.

— Кто еще не слушал сказку на ночь? – спросила она, и в ответ грянул нестройный хор детских голосов.

Фрике прошла в гостиную. Обстановка выбрана со вкусом, во фризском стиле. Мебель недорогая – скорее всего, из IKEA. Фрике стояла у книжного шкафа, когда через десять минут вернулась Соня. Книжный шкаф многое говорит о хозяевах дома – это Фрике знала точно.

А этот? Этот не говорил ничего. Старые подписные издания «Клуба Бертельсманн» – сплошь книги месяца, Фрике готова была поспорить. За последние двадцать лет на этих полках не появилось ни одной новой книги. Кто-то, видимо, состоял в клубе с семидесятых и бросил где-то к началу нулевых.

— Это мамины книги.

Соня вошла бесшумно, босиком. В руках – поднос с едой.

— Проголодались? Дети ужинают слишком рано для меня, так что вечером мне нужно еще что-нибудь перекусить.

Фрике еще ничего не ела, так что угощение было очень кстати. На подносе – фокачча с хумусом, коктейльные помидоры с моцареллой, кростини, прошутто с дыней и клубника. Все было разложено по маленьким мисочкам с пестрой росписью – они совершенно не вязались с холодным, строгим стилем обстановки.

— Тоже мамины? – спросила Фрике.

Лицо Сони мгновенно помрачнело.

— Да, – сказала она, – она умерла несколько лет назад.

— Мне очень жаль. – Фрике говорила искренне, но чувствовала: ее сострадания здесь никто не ждет. Соня сходила на кухню и принесла бутылку розового – хорошо охлажденного. Наполнила два бокала и подняла свой. Только осушив половину в несколько глотков, она откинулась на диване и вздохнула.