Развод с генералом. Больше не подчиняюсь - Виолетта Весна Страница 55

На листе было напечатано:

«Человек, который не помнит, что подписывал, не должен спорить с теми, кто помнит. Берегите себя, Есения Павловна. Сейчас вам вредно волноваться».

Я прочитала дважды.

Не потому, что смысл был сложный.

Потому что последняя фраза легла на кожу холоднее всех остальных.

Мира взяла телефон из моих рук.

— Он знает или блефует.

— Про беременность?

Слово вырвалось само.

Мира быстро посмотрела на меня.

— Не произноси это рядом с телефоном и окнами, пока мы не поймем источник утечки.

Я прижала ладонь ко рту. Не от тошноты. От внезапного страха.

До этого беременность была моей тайной, трудной, живой, личной. Теперь кто-то попытался прикоснуться к ней чужими руками. Даже если он не знал точно, даже если просто давил на тревогу, стало ясно: меня будут пугать не только репутацией.

Телефон Миры снова завибрировал.

— Демьян, — сказала она.

Я покачала головой.

— Не говори ему про фразу.

— Еся, адрес квартиры слили. Угроза пришла тебе лично. Он должен знать.

— Адрес — да. Пакет — да. Но не про то, что мы думаем.

Мира смотрела на меня долго.

— Хорошо. Пока не про это.

Она ответила на звонок и включила громкую связь.

— Слушаю.

— Что произошло? — голос Демьяна был напряженным. — Рогожин сообщил о доставке на адрес квартиры.

— Курьер привез пакет на имя Есении. Отправитель не указан. Внутри фотография с мероприятия фонда и текст с намеком на документы. Пакет у Рогожина, вскрытие записано.

— Есения рядом?

Я молчала. Мира посмотрела на меня. Я кивнула.

— Рядом, — сказала она.

— Есения, ты в порядке?

Я закрыла глаза на секунду, затем ответила:

— Нет. Но я цела.

— Нужно менять место.

— Это уже решаем мы, — сказала Мира. — Не вы.

— Баженова, адрес скомпрометирован. Если они нашли квартиру за ночь, значит, у них есть доступ к машине, к человеку Рогожина или к вашему телефону.

— Или к вашей стороне, Демьян Владимирович.

— Да, — сказал он без спора. — И поэтому мы не будем выяснять это на месте. Я пришлю две машины.

— Нет, — сказала я.

В трубке стало тихо.

— Есения, это не вопрос комфорта. Это безопасность.

— Я понимаю. Но если сейчас у подъезда появятся две твои машины, люди Тарханцева получат подтверждение, что ты снова забираешь ситуацию в свои руки. Я не хочу исчезнуть из одной системы и оказаться в другой.

Демьян не ответил сразу. Я представила, как он стоит где-то в своем кабинете, сжимая телефон, и борется с каждой привычной реакцией.

— Тогда как ты хочешь? — спросил он наконец.

Вопрос был простым. Но мне вдруг захотелось сесть прямо на пол от усталости. Как странно, что такие обычные слова могут быть важнее длинных признаний.

— Я хочу, чтобы Рогожин предложил варианты. Мира выберет тот, где меньше связей с «Гранитом». Ты можешь участвовать в оценке рисков, но не знать адрес, если это возможно. Если невозможно — знать адрес будет не ты один, а сразу Мира и внешний контакт, которому ты передал материалы. Чтобы никто не мог закрыть меня в твоей заботе и назвать это защитой.

На другом конце Демьян тихо выдохнул.

— Это жестко.

— Да.

— И справедливо, — добавил он после паузы. — Хорошо. Я не пришлю машины без согласования. Рогожин свяжется с Мирославой. Я подъеду только если ты разрешишь.

Я посмотрела на Миру.

Она чуть заметно кивнула: условия приняты.