Любовь цвета клубники - Лия Джей Страница 56

Если и да, так они хотя бы не будут знать меня в лицо.

Я пытаюсь убедить себя, что причина в этом. В чем-то логичном, поддающемся объяснению.

Но на самом деле, как бы глупо это ни звучало, я панически боюсь камеры даже собственного телефона. Никто не знает мой пароль, включая Марту. Никто не может слить содержимое моей галереи. Да и сливать там нечего: home-видео и интимки на грани – это по части Маттео.

Каждый раз я пытаюсь убедить себя, что мне не о чем переживать, но мозг подсовывает воспоминания семилетней давности, и мне тут же становится не по себе.

Когда Ника подошла ко мне с телефоном на пирсе, спина у меня покрылась холодным потом.

— Давай, – подбодрил меня отец. – Ты не можешь прятаться вечно.

Он не сказал этого, но во взгляде читалось: «Будь мужиком». Я мысленно встряхнул себя за плечи и натянул на лицо беспечную улыбку. Чтобы преодолеть свои страхи, надо идти им навстречу. Я пересилил себя и помахал рукой подписчикам Ники.

А потом полночи не мог уснуть, вспоминая один случай, который произошел семь лет назад. Тогда я впервые позволил себе раскрепоститься перед камерой и поплатился за это.

— А сколько сахара добавлять?

Ника уже наклоняет пачку над миской, и я еле успеваю ее остановить, перехватив руку.

— Ну вот куда ты спешишь, Клубничка? Пытаешься напакостничать, чтобы я проиграл спор? В крем лучше добавлять сахарную пудру, тогда он будет нежнее и вкуснее.

Ника делает как я советую, но переливает потом сливок. Следом в миску сыпется крахмал.

— Чтобы масса загустела, – пожимает она плечами.

Я раздосадованно качаю головой. И почему с этой девчонкой вечно все идет не по плану?

Когда масло доходит до нужной консистенции, я нарезаю его кубиками и перетираю с мукой. Добавляю пару ложек холодной воды, чтобы тесто получилось мягким и пластичным. Закончив, катаю шарик, накрываю пленкой и убираю в холодильник.

— Через полчаса можно будет доставать.

— Нарезать пока клубнику для украшения?

— Рано еще.

С полминуты мы пялимся друг на друга в неловком молчании. Я замечаю пару белых пятен на майке Ники. Правая щека и свисающая у виска кудряшка тоже в муке. Видимо, Ника пыталась забрать прядь за ухо, но та снова выбилась.

Подойдя ближе, я провожу большим пальцем по ее скуле, стирая белый след. Пушистые ресницы дрожат. Испуганный олененок. Боюсь шевельнуться, чтобы она не сорвалась с места и не убежала от меня.

Хотя так было бы намного проще.

— Луи… – шепчет Ника, не отрывая от меня взгляда.

Разум заполняют ненавистные, нелепые, запретные мысли.

— Луи, раз у нас пока есть время, можно задать тебе пару вопросов для моего блога?

Я опускаю руку и чуть отступаю, запоздало понимая, что гладил ее по щеке слишком долго.

— Я сяду за стол, а ты можешь встать сзади. Лица не будет видно, не переживай, – спешно добавляет Ника.

— Блиц-опрос для именитого управляющего Il Rosso? – усмехаюсь я и подмигиваю.

Чертов Маттео! Опять из меня лезет его нарциссическая дурь.

— Да нет, просто дружеский разговор, – неуверенно ведет плечом Ника.

Она переставляет штатив и опускается на стул. Я опираюсь руками на спинку. Пальцы мимоходом касаются оголенных плеч Ники, и та чуть отодвигается, будто ей некомфортно.

— Если бы ты мог получить любую суперспособность, что бы это было?

— Путешествие во времени, – отвечаю, не задумываясь.