Всё начиналось с измены - Мари Соль Страница 57

— А дальше, — он, обойдя меня сзади, берётся вести куда-то. Сигнализирует, когда впереди порожек, поворачивает меня, обдавая жаром своего дыхания и согревая мою спину своим крепким торсом.

— Ну, хватит! — прошу. На что Макс закрывает мне глаза ладонью. «Чтобы не подглядывала». Последняя преграда, и я ощущаю дуновение ветра. Ой, не к добру…

— Открывай! — говорит Макс и убирает ладонь от лица.

Я открываю глаза, и вижу перед собой соседний дом, и бездонную пропасть внизу. Цепляюсь за перилла. Благо, они здесь металлические.

— Боишься высоты? — шепчет.

— Где мы? — я оглядываюсь, и вижу, что мы на крыше. Балкончик его квартиры остался сбоку. От него сюда ведёт узкая лесенка.

— Это небеса, детка! — Макс силой отрывает мои руки от перилл и разводит их в стороны, — Не бойся, я держу тебя.

— А я и не боюсь, — говорю, а у самой аж поджилки трясутся…

Мы стоим, точно, как Ди Каприо и Кейт в «Титанике». Только впереди нас не море, а город. Море людей и машин.

— Уф! Ничего себе, — тихо шепчу.

— Классно же? — шепчет Максим мне на ухо, отчего по коже вниз расползаются мурашки, и ноги слабеют так сильно.

Он, словно чувствуя это, обхватывает мою талию своей рукой. И прижимает к себе, позволяя почувствовать силу своего тела.

— Я тут курю иногда, — опускается вместе со мной на покрытую рубероидом крышу.

— Ай! — грузно падаю я, стараясь не придавить его. Всё-таки, он меня недооценивает…

— Не ушиблась? — заботливо интересуется.

— Неа, — сажусь, подтянув под себя ноги.

Сегодня я в джинсах, так что не боюсь перепачкаться. Пуловер с коротким рукавчиком, оставляет открытыми руки немного над локтем и ниже. А пуговки в тон держат грудь.

Максим достаёт сигарету и предлагает мне пачку.

— Спасибо, я не курю, — отвечаю.

— Хорошие девочки, не курят и не пьют? — уточняет Максим, — Хотя… Насчёт второго я бы засомневался.

Я чувствую, как краснею. На самом деле, это Наташка меня напоила. Хотя, я хотела этого! Напиться до беспамятства. Бойтесь исполнения своих желаний, как говорится. Ну, у Натуси закалка. А я — профан.

— Я не пью, потому опьянела, — бросаю.

— Ну, я и говорю, хорошая девочка, — одобряет Максим, и вдруг добавляет так страстно, — Обожаю хороших девочек!

Я ещё больше краснею. «И сколько же их у тебя было?», — порываюсь спросить. Но держусь!

Макс улыбается, глядя на меня и уже закурив, произносит:

— Интересно, а почему так?

— Как?

— Ну, плохим парням нравятся хорошие девчонки, а хорошим — плохие?

Я пожимаю плечами:

— Противоположное притягивает, наверное, так.

— Есть такое, — кивает, — Только мне кажется, мы похожи больше, чем ты думаешь.

— Тебе кажется, — решаю поддеть.

Макс, набрав в рот табачного дыма, бросается на меня, валит на спину, и приникает к губам. Он выдыхает дым в меня, а я бьюсь под ним. Оттолкнув, поднимаюсь и кашляю.

— Фу! Господи! Кхе… Кхе… Ужасно! Кхе…

Мой взгляд испепеляет его.

— Зачем ты это сделал? — вопрошаю я сдавленно.

— Хотел рассердить тебя, — признаётся он честно.

— У тебя получилось! — я уже собираюсь подняться, как он говорит:

— Это квартира бабули. Я всё ремонт собирался в ней сделать, но… рука не поднимается.

Я продолжаю сидеть:

— А она… умерла?

— Да, — Макс кивает, — Пару лет назад её не стало.

— Ты был близок с ней? — проявляю участие.