Кто любовь эту выдумал? - Ольга Дашкова Страница 58

Сима бледнеет еще больше.

— Видите? – усмехаюсь. – Вы так заняты чужими проблемами, что забываете о последствиях для тех, кого якобы защищаете.

— Заткнись, – цедит сквозь зубы Арсений.

— Или что? Запишете и мой разговор с вами? – смеюсь я. – Валяйте. Только потом объясните всем, зачем вы это делаете.

В этот момент из класса выходят Майя и Платон. Майя выглядит, как всегда, спокойно и отстраненно, но Платон явно взволнован.

— Валерия, – обращается он ко мне, – это правда, что ты говоришь людям, будто Майя тебя подставила?

— Я говорю только правду, – отвечаю. – Мой частный разговор был записан и использован против меня. Кем именно – не так важно.

— Это вы записали?– Платон поворачивается к Симе и Арсению.

— Мы пытались помочь Роме, – оправдывается Сима.

— Помочь? – Платон качает головой. – А подумали о том, что теперь все считают Майю виноватой?

— Мы объясним...

— Кому? – перебиваю. – И как? Расскажете всей школе, что тайно подслушивали чужие разговоры? Признаетесь в шпионаже?

Майя все это время молчала. Теперь она смотрит прямо на меня.

— Валерия, – тихо говорит она, – зачем?

— Зачем что?

— Зачем все так усложнять? Ты же получила то, что хотела. Рома свободен, я больше не помеха. Зачем превращать меня в злодейку?

Хороший вопрос. И честный ответ ей не понравится. Потому что я не могу просто так проиграть. Потому что в моем мире всегда должен быть виновный. И лучше пусть это будет кто-то другой.

— Я никого ни в чем не обвиняю. Просто излагаю факты.

— Факты в твоей интерпретации.

— А разве есть другие?

Майя смотрит на меня еще несколько секунд, потом кивает.

— Понятно, – говорит она. – Ты не умеешь красиво проигрывать.

И уходит. Платон идет за ней. А я остаюсь с Симой и Арсением, которые смотрят на меня как на что-то мерзкое.

— Знаешь что, Артамонова? – говорит Арсений. – В конце концов, все узнают правду. И тогда...

— И что тогда? – перебиваю. – Тогда меня будут осуждать за то, что я не умею любить? За то, что я честно об этом сказала?

— За то, что ты лгунья и манипуляторша.

— Докажите, – усмехаюсь я и ухожу.

Но внутри у меня все сжимается. Потому что я понимаю – битва выиграна, но война проиграна. Слишком много людей знают правду. И рано или поздно она всплывет. Но пока я могу играть роль оклеветанной жертвы.

И кто знает? Может быть, этого будет достаточно, чтобы продержаться до конца учебного года. А там... там я найду способ красиво исчезнуть из этой истории. Как настоящая победительница.

Глава 21

Майя

Понедельник. Вечер. Сижу за письменным столом и решаю задачи по физике. Формулы, цифры, законы природы – все то, что можно посчитать, проверить, доказать. В отличие от человеческих чувств.

За окном мокрый снег. Капли стекают по стеклу, как слезы, которыми я больше не умею плакать. Телефон молчит уже два часа. Сима звонила после школы, пыталась объяснить про запись, про то, как они с Арсением хотели помочь.

Выслушала ее и попросила оставить меня в покое. Мне нужно время, чтобы подумать. Дверь в комнату тихонько скрипит.

— Маечка, – заглядывает мама, – ужинать будешь?

— Не хочется.

— Что-то случилось в школе?

Мама всегда чувствует, когда со мной что-то не так. Но как объяснить ей то, чего я сама еще не понимаю?

— Просто устала, – отвечаю. – Много домашних заданий.