Кровавый восход - Анастасия Морготта Страница 6

Эрдан взял меня под руку и провел ближе к столу, на котором лежали три договора, один рукописный и два официальных. Это была дорогая работа. Обычно в официальных договорах есть часть магии, которая удерживает всю суть соглашения. Простыми словами магическая сделка, которую очень сложно разорвать.

— Прошу прощения, но я не осведомлена о ваших планах. Что это?

— Как не осведомлена? Ваш брат обязан был вам сообщить о скорой помолвке между вами и одним из наследников высших родовых семей.

Мое сердце замерло. Помолвка. Эрдан клялся, что не будет втягивать меня в дела, касающиеся моей жизни, а оказывается уже все было решено.

— Эрмилина, я был уверен, что родители рассказали тебе об их решении выдать тебя замуж.

Обернувшись в сторону брата, я своевольно сдвинула брови. Не о какой помолке и слышать не могла. Зачем он так говорит? Что стоит за его словами?

— Вы же понимаете, какие последствия вас ждут если не следовать пунктам договора. — проговорил господин Шевар, протирая одну из медалей от воображаемой пыли.

Я находилась в ступоре.Все слова пролетали мимо ушей. Я и не думала о браке, меня вполне устраивала моя жизнь, а тут такое чудо.

Брат словно ждал момента, взял под руку и отвел меня в сторону двери, подальше от мужчин.

— Эрмилина, прошу тебя выслушать меня. — Эрдан крепко сжал мое предплечье. От этой боли мне стало не по себе. — Это было не моим решением. Отец мне что-то говорил об этом, но я не знал наверняка. А недавно мне пришло письмо, в котором говорилось о твоей помолвке. Я хотел ее расторгнуть, но это было невозможно, так как отец уже мертв.

От его слов, внутри почувствовала искры гнева и жар, нагревающие кожу до зуда. Но едва утихомирив эмоции, решила рассудить. Недостаток магии делал меня лишней в семье высших. Те передавали из поколения в поколение магические дары, укрепляя их последующим браком и рождением ребенка. Тогда, с чем связан их интерес моей персоной. Как вообще отец согласовал эту договоренность, не понимаю… Дак еще и неясно с каким именно из родов.

Добрались и мысли, что я просто тело, выставленное на продажу. Я проглотила неприятную боль в сердце. Мириться с этим не хотела, но особого выбора нет.

Вернувшись к месту, смерила взглядом советников, что без интереса разглядывали уже совершенно другие бумаги.

— Мне хотелось бы уточнить условия брака.

Послы отвлеклись и переглянулись. Брат глубоко вдохнул. Видимо здесь очень много подводных камней.

— Для начала ваша личная неприкосновенность до брака, если же вы этого сами не пожелаете. Так же полный переход ваших личных владений мужу после свадьбы. Ну и при смерти одного из супругов, конечно же не по вине второго, вдовец или вдова должны будут носить траур двадцать три года.

Голова заболела от такого преизбытка непонятной информации. У меня есть лишь три варианта — он состоит на государственной службе, последний из своего рода или вообще хранителем называет себя.

Да и скорее всего они идиоты и принимают меня за бессмертную, ведь больше двадцати лет траура — это почти вся жизнь. Вот если он умрет от ранения, а мне будет всего тридцать, это получается я останусь одна на всю жизнь.

Прокрутив все условия в голове, я пыталась найти пару-тройку уязвимых мест, но информации о соглашении было мало. Брату виднее было бы, как можно обойти такой документ. Я, со своей необразованностью в законахи правах здесь гожусь только в дураки.