Подкидыш для Магната. Сюрприз из прошлого - Евсения Медведева Страница 6

А ведь я и правда ни разу не был здесь после окончания строительства. Завтраки и ужины меня ждали в столовой, а кофе подавали по расписанию, так что вторгаться на чужую территорию просто не было надобности.

— Угости мою гостью своим фирменным завтраком, – я подмигнул своей домоправительнице, прекрасно понимая, что тётя Катя сейчас быстро заговорит зубы этой блюстительнице бюрократических норм. А мне сейчас очень нужно побыть в тишине.

Я выскочил из кухни и прямиком рванул на террасу. Махнул рукой, отгоняя Морозова подальше, потому что мне просто нужен был воздух.

Оперся руками о мраморное ограждение, вбирая холод камня, чтобы хоть немного сбавить градус внутреннего кипения. Все эмоции настолько туго переплелись с воспоминаниями, что уже было просто не остановиться.

Я помнил её. Смешную, рыжую и курносую Марфуху, в волосах которой путалось солнце.

Она была моей соседкой, помню, как орущий кулек принесли из роддома, помню, как всем дружным подъездом встречали причину всеобщей бессонницы, а ещё помню традиционный торт «Птичье молоко». Настоящее, вкусное, домашнее. Мне, кажется, было лет десять.

Она появилась и сразу стала любимицей всего дома, бабушки пекли ей румяные пирожки, дядьки вырезали из старых деревяшек мебель для кукол, а мальчишки брали с собой на рыбалку.

Марфа…

— Гора! – голос друга вырвал меня из этой удушающей пелены, возвращая в неожиданную реальность. Боковым зрением увидел Дениса Раевского, бегущего по длинной террасе вдоль дома. – Что случилось?

Что случилось? Я и сам толком понять не могу, что случилось. Утро было стандартное: душ, тренировка, завтрак, быстрый брифинг с секретарем по расписанию на день, а потом… Разбитое булыжником окно в зимнем саду, показная выволочка охранников Морозовым и, наконец, визит органов опеки…

Друг ждал ответа, но я был просто не в состоянии. Обернулся к дому, где через панорамное окно прекрасно просматривалось кресло, в котором, свернувшись калачиком, спала рыжая девочка.

— Это она? – Денис без стеснения подошел близко-близко и практически прижался лицом к стеклу, чтобы лучше разглядеть. – Рыжий подкидыш какой-то.

— Это я и без тебя вижу!

— Не, ну а чего ты рычишь? Гора, отправь их со своими бумажками куда подальше, и прав будешь по всем фронтам. У них нет ничего, а то признательное письмо – так это смешнее контрафактной водки. От неё хоть народ торкает, а тут дохлый номер.

— Денис, делать что?

Я сел в ротанговое кресло, откинул голову на подголовник и застонал. Все, что перечислил друг, я и без его юридической консультации знал. Это с точки зрения закона и собственных прав, а вот с точки зрения морали?

— Ты мать её знаешь?

— Знаю.

— Было?

— Нет, конечно! Я её в последний раз видел лет двадцать назад, когда убежал из детского дома. По привычке пришёл в наш двор, а там она… Как щас помню, сидела и куличики из мокрого песка лепила!

— А где она сейчас-то? – Раевский потирал подбородок, снова и снова перечитывая документы.

— Говорят, в поселковой больнице в тяжелом состоянии.

— Откуда в поселковой больнице реанимация? – хмыкнул друг и отошел от окна, когда девчонка заёрзала от его пристального и неодобрительного взгляда.

— И правда… Морозов! – рыкнул я, и уже через пару секунд Юра материализовался из ниоткуда.