Развод в 45. Двойное предательство переживу назло! - Анна Кривенко Страница 6

Я поднялась. Медленно, будто внутри были не кости, а песок. Начала собирать сумку.

— Катя, что-то случилось? — спросили окружающие тревожно.

— Всё в порядке, — выдавила из себя. — Увидимся через неделю.

Меня засыпали вопросами, но я не ответила ни на один. Просто вышла.

А теперь — самое сложное.

Вернуться в тот ад.

Собрать вещи.

Вещей, если честно, было немного: тряпки, книги, предметы быта… Куда их вывозить — непонятно.

Когда подошла к дому, стояла некоторое время у подъезда. Смотрела на него, как на пыточную камеру. Потом разозлилась.

И на этой злости, как на допинге, рванула вперед.

Маши не было. Слава Богу.

А вот Егор…

Он как раз вышел из ванной. В одних шортах. Брился. Грудь — голая, и, кажется, подкачанная. Брюшко стало меньше. Даже волосы на груди сбрил. Наверное, Машка попросила.

Меня затошнило.

Рванула в ванную, но спазм не дошёл до конца. Только дрожь и судороги остались.

— Катюш, ты как? — такое обращение заставило замереть на месте.

Катюша??? От звучания имени в такой форме теперь воняло грязным предательством.

Я отдышалась и вышла из ванной. Егора стоически проигнорировала и, не сказав ни слова, прошла в спальню, достала чемодан, начала собирать вещи.

Он подошёл сзади, положил руку на плечо.

Я оттолкнула её с яростью.

Развернулась.

— Не смей прикасаться ко мне! Не смей! Даже стоять рядом с тобой противно до невозможности!

Он поджал губы. Недовольно. Как капризный мальчишка, у которого забрали игрушку.

— Гордячка, — бросил злобно.

И в этот момент мне захотелось его ударить.

По-настоящему.

Серьёзно.

Чем-нибудь тяжёлым.

Чтобы он запомнил.

Чтобы никогда не смел прикасаться ко мне после случившегося.

Чтобы забыл, что я когда-то была его женой…

Развернулась и отчеканила:

— Я подаю на развод! Если ты не согласен, добьюсь его через суд! И не смей больше называть меня по имени!

— А как тебя величать? — съязвил Егор раздраженно. — Великой Императрицей Екатериной?

— Екатерины Ивановны будет достаточно… — процедила я сквозь зубы и больше не сказала ни слова, продолжая собирать вещи…

Глава 4 Сама виновата…

Глава 4 Сама виновата…

Я поставила чемодан в центр комнаты и, не оглядываясь на Егора, принялась яростно вытаскивать из шкафа одежду. Всё подряд — платья, джинсы, футболки, куртки — летело в чемодан, как будто само стремилось выбраться отсюда, из этой пропитанной ложью квартиры, где стены ещё хранили отголоски предательских слов. Мне не нужно было ничего сортировать или складывать аккуратно — мне нужно было просто исчезнуть. Исчезнуть как можно скорее.

Когда с одеждой было покончено, я подошла к книжным полкам. Там стояли мои сокровища — десятки томов, многие из которых я берегла, как память о самых счастливых днях своей жизни. Аккуратно, почти с благоговением, стала снимать книги с полок, чувствуя, как с каждой страницей, с каждым корешком отрываю от себя часть прежней жизни. Второй чемодан наполнялся быстро — книги не щадили места, занимали пространство, будто тоже хотели со мной, прочь, подальше от гнили и лжи. Но когда я дошла до нижней полки, остановилась. Там стояла особенно ценная коллекция — подарок от Егора на нашу пятую годовщину. Дорогие, кожаные издания, вручённые однажды с помпой и фальшивой нежностью.

Я посмотрела на них. Потом медленно выпрямилась. Нет. Эту коллекцию я не возьму. Пусть остаётся. Пусть гниёт здесь, как и всё, что между нами было.