После развода. Я тебя верну - Елена Мартин Страница 60

— От дурацких мыслей спасает качественный трах. А он у тебя когда был?

Я цокнула на фразу Вики в привычной манере.

— Вокруг столько мужиков, Кира. А ты всё на своем бывшем зависаешь.

— Абсолютно не зависаю. Мне вообще всё равно, — быстро отвечаю.

— Когда все равно… Не теребят салфетку при виде бывшего с красивой блондинкой. А лучше назло уезжают с брутальным мачо за горизонт на глазах у бывшего мужа. Актриса из тебя никудышная.

— Твой мачо, — я передёрнула плечами от воспоминаний, когда Стас решил, что я доступный трофей и непременно должна упасть к его ногам на заднем сиденье его спортивной тачки. — Между прочим, грязно домогался.

— Ой, Кирюша. Я затем туда тебя и водила, — усмехнулась. Вика. — Пристроить в хорошие руки.

— Я безнадежна, — смеюсь, подхватывая сумку.

* * *

Бросив в сумочку телефон, я выключила ноутбук. Бурова нарезала столько разовых заданий за сегодня, что основную отчётность пришлось пока отставить. Понимаю, что персональное отношение — это навсегда и во всем. Интересно, как вообще я все умудряюсь успевать. Потушив свет в кабинете, закрыла его ключом и, отстукивая каблуками белых туфелек, направляюсь к лифту. Нажимаю кнопку лифта и провожу ладонью по шее. Уже представляю любимые тихие радости сегодняшнего вечера: озорной взгляд Ксении, горячий душ и лёгкий ужин. Створки лифта раскрываются, и вся расслабленность сносит напрочь. В серой кабине лифта, прислонившись небрежно к стене, стоит Вяземский.

Я словно застыла от наваждения, персонально преподнесенного судьбой. Створки лифта начинают медленно закрываться, пока я пялилась на Вяземского, словно увидела привидение. Алексей поставил ногу, чтобы придержать лифт.

— Кира Владимировна, вы решили остаться в офисе? — с лёгкой усмешкой спрашивает Вяземский.

— Нет, конечно, — встрепенувшись, влетаю в кабинет и становлюсь напротив бывшего мужа.

Смешно то как…. Через четыре года нос к носу встречаться с ним каждый день.

Стараюсь не смотреть на его красивое лицо и мощную фигуру, расслабленно опершуюся об железную стенку.

— Не спешите домой? — скорее утвердительно произносит Алексей.

— Вы, я смотрю, тоже особого желания не горите возвращаться домой? — ответила вопросом.

— Очень люблю свою работу, — лениво отвечает Вяземский.

— Могу сказать тоже самое, — усмехаюсь в ответ.

— Похвальное рвение.

— Спасибо, Алексей Дмитриевич. Начальство ценит мои профессиональные навыки и рвение, — стараюсь выдержать проницательный взгляд и гадаю, куда подевалось окружение Вяземского. Распустил своих охранников и водителей?

— Желаете подняться по карьерной лестнице? — задаёт вопрос Алексей.

— Не отказываюсь от такой мысли, — с лёгким вызовом отвечаю и не выпускаю из вида табло, где цифры этажей меняются не так быстро, как мне хотелось. От тягостного диалога становится тяжелее дышать. На красивой цифре «один» за стенкой лифта протяжно загудело, и освещение погасло.

— Твою мать! — выругался Вяземский и достал телефон из кармана.

Застрять в лифте с бывшим мужем — высший пилотаж.

— Не работает, — покрутив трубку телефона, Алексей подсвечивает железные створки лифта. — Кажется, мы с вами застряли.

— Понятно, что застряли, — стараюсь рассмотреть табло.

Я обняла себя за плечи, словно я не жарком августовском вечере, а в прохладном дождливом сентябре.