Московский вальс - Мария Метлицкая Страница 60

Дочка, проведя все детство в Смоленицах, к юности дом разлюбила. Алена знала: станет постарше и обязательно сюда вернется. Но сейчас ей было куда интереснее в городе, в квартире, куда можно было позвать друзей, собрать компанию и делать то, что делают все подростки, оставшись на свободе без пригляда родителей.

Алена медленно выбралась из машины, оглядела участок, закрыла глаза и глубоко вдохнула свежий душистый воздух.

Потом она пошла в дом, разделась, приняла душ и поняла, что проголодалась.

Открыв холодильник, улыбнулась: он был заполнен ее любимыми продуктами. Сыр, колбаса, творог, сметана, упаковка клубничного йогурта, буханка деревенского серого хлеба, пачка масла, и даже готовые макароны с мясной подливой.

«Ай да Матей! Да ты у меня, ей-богу, святой. Как же мне с тобой повезло! Нет мужа лучше. Честное слово. Только за что?..»

Алена разогрела макароны, от души наелась, налила большую кружку чая, помыла яблоко и ушла в спальню.

Легла на кровать, блаженно улыбнулась и потянулась к телефону.

— Я дома, – сказала она. – Немного устала. Ну да, уже легла, попробую поспать. И вечером встречу тебя свежей и бодрой. Как мы провели время? Да как всегда – прекрасно! Ты же знаешь, как я люблю девочек… И да, Матей! Спасибо за все. Как за что? Например, за макароны. Или это не ты, а святой дух?

Посмеявшись, попрощались до вечера.

И тут Алена вспомнила, что не достала из морозилки курицу, чтобы приготовить ее на ужин.

Матей всегда думал о ней и никогда ничего не забывал. А вот она… Ну да, кто-то любит, а кто-то позволяет себя любить. Суровая правда жизни.

Нет, все это глупости! Она очень любит его. Любит и ценит, и еще – очень ему благодарна. За все. И всегда-всегда это помнит. И твердит себе всю жизнь, что любит его, очень любит. И, кажется, сама поверила в это… Ну ерунда же, полная глупость! Они давно срослись в единое целое, проросли друг в друга, стали самыми родными и близкими. Алене сказочно, несказанно повезло с мужем. Ей с ним легко и понятно. Он как на ладони – и она видит его насквозь. Не ждет подвоха, вранья, недосказанности. Он таков, как есть, без секретов, уловок и тайн. Без всего того, что она больше всего боится. Потому что однажды… Ну все, все, проехали. И хватит уже, хватит, Алена!

* * *

Она вошла в свой вагон, засунула чемодан под полку и села у окна. Поезд отходил через пятнадцать минут.

В международном вагоне, идущем в Прагу, было три спальных места, и располагались они друг над другом. Аленино было среднее, между нижним и верхним.

Интересно, а где остальные пассажиры, ведь поезд вот-вот отойдет? Неужели ей так повезло и в купе она поедет одна? Да нет, вряд ли. Значит, кто-то подсядет позже. А пока можно переодеться в спортивный костюм, отнести бутерброды в холодильник и вообще расслабиться.

Она достала костюм, закрыла дверь на щеколду – и тут же постучали. Она открыла и увидела Матея.

— Ты? – изумилась Алена. – Как это?

— Прости, – смутился он. – Я поменял билет. Ты очень сердишься? Хочешь, я перейду в другое купе?

Растерянная Алена пожала плечами и села на полку. Матей стоял на пороге, не решаясь зайти в купе.

— Заходи, – вздохнула она. – Что уж теперь… Располагайся. Согласно купленным билетам.

И отвернулась к окну.

Надо же, такой скромный и тихий, а тут!..