Собственное место - Нина Князькова Страница 61

Открыв глаза, я тут же сел и осмотрелся. Обычная палата, две кровати. На одной сидел я, на другой спиной ко мне лежала Аделаида. Не спала, судя по напряженному виду этой самой спины.

— Адель, – сполз с кровати. Она даже не пошевелилась. Я доковылял до нее, сел на край кровати и затронул ее за плечо. – Ты как?

— Нормально, – совершенно ровно ответила она. Если бы не эта напряженная спина, то я бы даже поверил.

Вздохнув, оценил размеры кровати и понял, что лечь двоим тут просто негде. Ладно, попытаемся наладить контакт вербальным способом.

— Извини, – все же положил ладонь на ее плечо и провел вниз по руке.

— Ты не виноват, виновата я, – отчеканила она, замерев. – Это я… бракованная. И вообще, ребенок был не твой!

Я постарался не рассмеяться.

— Сейчас придумала? – Уточнил участливо.

Адель повернула голову и возмущенно на меня посмотрела.

— Василий Павлович, я все понимаю, но…

— Но врать ты не умеешь, уж прости меня, – закончил я за нее. – Ты меня этим, наверное, и зацепила, – я сжал ее холодные пальцы, когда она отвернулась. – Так что можешь мне не врать и сразу говорить, если тебе плохо.

В ответ послышалось неразборчивое шипение.

— Мне не плохо, – с трудом разобрал, что она там ворчит.

— А мне плохо, потому что тебе было страшно и больно, – я наклонился и, игнорируя боль в плече, прижался губами к ее уху. – И меня не было рядом, чтобы хоть как-то поддержать тебя.

Ответом мне снова стал возмущенный взгляд.

— Мне не больно…, – поджала она губы.

— Угу, – кивнул я головой. Затем, тихо фыркнул. – Пойдем к семейному психологу? – Предложил.

Кажется, мне удалось удивить Адель.

— Зачем? – Не поняла она и развернулась ко мне полностью. А я сижу такой красивый на кровати в одних штанах, забинтованный… Улыбаюсь, глазки строю.

— Чтобы лучше понимать друг друга, – сообщил.

Аделаида прищурилась.

— Я сама психолог, – отчеканила она.

— Детский, – напомнил я ей. – У детей свои детские проблемы, у взрослых все куда сложнее. Я вот корпоративные курсы психологии проходил, но все равно не понимаю иногда, что с тобой делать.

— Не надо ничего со мной делать, – испугалась она.

— А если хочется? – Я взял ее ладошку в свою руку и прижался к ней губами. – Если мне хочется понимать, что у тебя в голове, о чем ты думаешь, как себя чувствуешь…

— Не надо меня понимать, – помотала она головой. Кажется, придуманный этой самой головой план при моем таком поведении претерпел крах. – Я хочу развода, – вдруг выпалила она немного истерично.

— Не дам, – невнятно отозвался я, все так же целуя ее руку.

— Я сама подам, – огрызнулась она.

— Быстро не разведут, – покачал я головой.

— Почему это? – Она отползла от меня на несколько сантиметров и поморщилась, устроившись удобнее на подушке. Видимо, все же ей было больно.

— У нас с тобой брачного договора не было, – подал я плечами. – А за последнюю неделю я прикупил пару объектов недвижимости в Москве. А бракоразводный процесс с дележкой имущества – это то еще мероприятие.

Аделаида шумно втянула в себя воздух. Дошло-таки до нее все то, что я сделал.

— Ты с самого начала не собирался со мной разводиться! – Она обвинительно наставила на меня палец.

— И не собираюсь до сих пор, – если уж выяснять отношения, то сразу. – Так что извини, но тебе придется терпеть меня до конца жизни.