Развод в 40. Генерал, я больше не ваша жена - Виолетта Весна Страница 61

— Простите, — сказала я Павлу. — Я вмешалась.

— Да.

Я напряглась.

Он добавил:

— По делу.

Мы вернулись в переговорную.

Павел сел, но резюме уже не открыл.

— Когда можете выйти?

Я не сразу поняла.

— Что?

— На испытательный срок. Если вы согласны.

Внутри стало пусто.

Не страшно. Не радостно.

Просто я не успела подготовиться к тому, что дверь может открыться.

— Вы меня берете?

— На испытательный срок. Координатор проектов и мероприятий. Первые недели — под Светланой, потом посмотрим. Системы подтянем, если будет желание. Зарплата вот такая.

Он написал сумму на листке и повернул ко мне.

Сумма была меньше, чем я тратила когда-то на цветы для одного крупного приема.

И больше, чем у меня сейчас было уверенности в себе.

— Я согласна, — сказала я.

— Подумайте.

— Я согласна.

— Хорошо. Тогда завтра к десяти. Документы принесете. Паспорт, СНИЛС, ИНН, трудовая, если есть.

Трудовая.

Я не знала, где она.

Наверное, дома у Александра среди тех папок, к которым не было доступа.

Павел заметил мое лицо.

— Нет?

— Нужно найти.

— Найдете. Не завтра, так позже. Оформление можно начать с того, что есть.

Я кивнула.

Он протянул руку.

— Добро пожаловать на испытательный срок, Мария Сергеевна.

Я пожала его руку.

Рука была теплая, крепкая. Он не сжал мои пальцы, чтобы показать силу. Не задержал лишнего. Просто пожал — как равной.

Так просто, что я едва не заплакала.

— Можно Маша, — сказала я.

Павел чуть улыбнулся.

— Тогда можно Павел Андреевич на работе. Павел — вне кабинета, если дойдет до этого.

Фраза была спокойной, без намека.

Граница.

Опять это слово.

Я вдруг поняла, что рядом с этим мужчиной не надо угадывать скрытый смысл каждого движения. По крайней мере пока.

Когда я вышла из фонда, на улице шел снег.

Первый за этот год. Мокрый, редкий, сразу тающий на асфальте. Люди спешили, прятали лица в шарфы, ругались на погоду. А я стояла у входа и смотрела, как белые хлопья исчезают на рукаве моего старого пальто.

Телефон в сумке завибрировал.

Я достала.

Сообщение от Александра:

«Нужно обсудить твои дальнейшие расходы. Не хочу, чтобы ты позорилась поиском случайной работы.»

Я прочитала его дважды.

Раньше внутри поднялась бы обида.

Теперь — тихая, почти удивленная усталость.

Он даже не знал, что уже опоздал.

Я набрала ответ:

«Я нашла работу. Финансовые вопросы обсуждайте с Дмитрием Мокеевым.»

Палец завис над отправкой.

Нашла работу.

Два слова.

Такие маленькие.

Такие огромные.

Я отправила.

Ответ пришел быстро.

«Где?»

Я не ответила.

Через минуту:

«Маша, где?»

Потом:

«Не делай глупостей. Некоторые места используют таких женщин в своих целях.»

Таких женщин.

Я убрала телефон.

Автобус подошел почти сразу. Я вошла, оплатила проезд и нашла свободное место у окна. Села, прижала сумку к коленям и только тогда позволила себе выдохнуть.

За стеклом город плыл в мокром снегу.

Я думала о фонде. О буклетах с неправильным номером. О пожилой женщине с дрожащими руками. О Павле Бондареве, который спросил не «кто ваш муж», а «что вы реально умеете». О том, что завтра к десяти мне нужно прийти на работу.

На работу.

Мне сорок лет.

Я разводилась с генералом.

Жила в старой квартире с гудящим краном.

Покупала продукты по списку.

Училась говорить «нет».

И завтра впервые за много лет мне должны были заплатить не за то, что я удобная, красивая, терпеливая и правильно стою рядом с мужем.