Таро на троих - Анна Есина Страница 63

Внешняя схожесть с братом была налицо. Те же идеальные черты, выверенные пропорции, та же разящая наповал красота падшего ангела. Разнились лишь рост и комплекция. Блондин казался куда мощнее и возвышался надо мной на целую голову.

— Добро пожаловать, — произнёс он с едва уловимым поклоном, и в голосе звучала та особая старомодная вежливость, которая нынче встречается лишь в старинных книгах.

Меня повело. Колени подогнулись, и что-то склизкое колыхнулось в животе. Голову даю на отсечение, что уже слышала этот голос раньше. И льдисто-голубые глаза, что смотрели на меня с интересом, тоже мерещились где-то. Я будто видела в них прежде своё отражение.

— Здраве буде, боярин! — выскочил из-за моей спины Тёма и навалился на брата с медвежьими объятьями. — С именинами тебя! Знакомься, это моя девушка — Стася. Стась, это мой брательник, Светозар. Можешь звать его Светиком, он не осерчает! А кто это у нас в гостях?

Шумно распевая не то победоносный марш, не то патриотический гимн, Тёма умчался вглубь дома, оставив меня на попечение родственника.

Переступив порог, я оказалась в просторном холле, где время словно остановилось лет сто назад. Пол выложен крупной метлахской плиткой с геометрическим узором, а под потолком, украшенным лепниной, висела кованая люстра с восемью рожками, каждый из которых был увенчан имитацией свечи.

Вдоль стен тянулись витрины из тёмного дуба, за стеклом которых покоились мечи, кинжалы и шпаги разных эпох. Некоторые клинки отливали синевой дамасской стали, другие были украшены золотой насечкой. На специальных кронштейнах висели латные перчатки и наручи, а в углу примостился полный рыцарский доспех, отполированный до зеркального блеска.

— Это моя коллекция, — пояснил Светозар (Зар...мне почему-то отчаянно хотелось звать его именно так, словно мы были знакомы с незапамятных времён), заметив мой восхищённый взгляд. — Каждый предмет прошёл через мои руки. Я не просто реставрирую — я возвращаю им душу.

— Так вот чем вы занимаетесь! Восстанавливаете оружие?

— Я потомственный реставратор, — чинно заговорил он и между тем неотступно следовал за мной по пятам. — Мой дед работал с музеями Европы, отец восстанавливал доспехи для королевских коллекций. Я учился в Венеции — там до сих пор есть мастера, которые куют сталь по средневековым технологиям. Сейчас сотрудничаю с частными коллекционерами: привожу в порядок раритеты, иногда читаю лекции о холодном оружии. Живу скромно — весь заработок уходит на материалы: дамасскую сталь, кожу для перетяжек, старинные заклёпки.

Насчёт скромности он слукавил, конечно. Окружающий меня интерьер можно было описать любыми словами, но только не равнять с умеренностью в денежных тратах.

— А семья у вас есть? Супруга, дети? — Я мысленно попыталась вписать свою сестру и её пострелят в эти хоромы, нашпигованные саблями и томагавками, и улыбнулась плачевному результату.

— Семья? — переспросил Зар так, словно впервые в жизни примерил на себя этот статус. — У нас в роду все одиночки — говорят, что эта работа требует полной отдачи. Мой брат — исключение из правил, которое лишь подтверждает нашу обособленность от остального мира.

О как завернул! Даже не нашлась с ответом.

Из холла мы попали в комнату, напоминающую рабочий кабинет. Особое внимание в ней привлекал рабочий стол у окна — массивный, из мореного дуба, с инкрустацией в виде геральдических лилий. На нём в идеальном порядке располагались инструменты: миниатюрные молоточки, лупы в латунных оправах, баночки с полировочной пастой. Рядом лежала раскрытая книга в кожаном переплёте — судя по всему, средневековый трактат по оружейному делу.