Танец с огнем - Весела Костадинова Страница 63

С этими словами молча вышла из его комнаты, не заботясь ни о чем. Страха больше не было. Была только полная пустота внутри.

Прошла мимо изумленной Ангелины, поднялась наверх, зашла в свою комнату и свернулась на кровати калачиком.

Не было даже слез.

Как не было и будущего.

18

2012 г.

— Ты ошиблась, Дана, — вздохнул Анатолий, моя посуду.

Странно это было видеть мужчину в дорогой, хоть с виду и простой одежде, который мыл тарелки, закатав рукава рубашки до локтей. Женщина в какой-то момент дернулась, чтобы помочь, но он лишь отрицательно покачал головой, кивком указав на стул.

— Не знаю… — она устало опустила голову на руки, лежавшие на столе и обвела взглядом огромную пустую кухню отеля, выглядевшую жутковато. Свет горел только над тем местом, которое занимали они двое, выхватывая плиту, мойку и стол.

— Я прожила в том доме, в горах, два с половиной месяца… от него хоть что-то осталось?

— Нет, — он отрицательно покачал головой. — Марат следов не оставляет…

— А… — женщина невольно втянула воздух грудью, — а… Геля?

Анатолий ничего не сказал, только на секунду руки перестали натирать тарелку, опустились в раковину. Дана все поняла без слов. И почувствовала укол в груди — острый, злой, болезненный.

Ангелина. То ли друг, то ли враг. Охранница, тюремщица, сиделка, пожилая женщина, всецело преданная семье Ярова.

И ей, как оказалось.

Ангелина, которая зорко следила, чтобы Дана не покидала территорию дома, впрочем, это было сложно сделать. Дом на склоне горы, около быстрой и громкой горной реки был почти неприступен. С одной стороны, его окружали скалы, с другой — леса. И захочешь сбежать — не рискнешь. Заблудиться, упасть, свернуть себе шею в тех местах было проще простого. Единственная гравийная дорога, ведущая к нему была под зорким вниманием — Яров на охрану не поскупился.

Ангелина, которая ухаживала за ней, когда она металась в горячке, подхватив грипп. Две ночи провела у кровати, обтирая лицо холодным полотенцем.

Ангелина, за которой ухаживала сама Дана, когда та упала и повредила руку. Всегда невозмутимая, строгая старуха вдруг заплакала, когда женщина осторожно, деликатно начала кормить ее с ложечки, как ребенка.

Ангелина, которая так любила волосы Даны, заплетая их в замысловатые косы.

— А остальные? — голос был хриплым, выдавая ее.

— Никто не уцелел, Дана, — Анатолий вытер руки полотенцем и сел напротив нее. — Леха… не дорос тогда он до Марата. Слишком много эмоций, которые не давали ему начать думать.

— Неудачник… — скривила губы Дана, вынося свой вердикт.

Анатолий недовольно поджал губы.

— Недооценил Леха то, насколько глубоко Марат встроился в коррумпированную структуру края. У Лехи были деньги, верные люди, он умело занимался бизнесом, финансист от бога, но не успел, Данка, перехватить всех, кто работал на Марата. Не понял, что противостоит ему не местечковый беспредельщик, а вполне системный ублюдок. Недооценил, впрочем, уже второй раз. И снова ошибка едва не стала для него фатальной. Марат начинал свои делишки в 90-х в банде отменных отморозков. Но даже в ней он отличался особой жестокостью. Убийства, насилие, запугивание, крышевание…. Все это в его резюме, — Анатолий порезал грушу тонкими ломтиками и поставил перед Даной. — Сначала работал под местным криминальным авторитетом, но тот его по-моему и сам боялся. Даже среди беспредельщиков Лодыгин умудрился выделиться. Его банду в начале 90-х отправили курировать — смотри запугивать — один из районов края. Он навел там порядок, что не говори. Люди по вечерам из домов боялись выйти. Его ребятки приезжали в местную гимназию и себе девушек на ночь выбирали среди школьниц. Учителя отводили глаза, директор подписывал справки о «болезни». Никто не жаловался. Потому что те, кто жаловался раньше, исчезали. Или находились в реке через неделю, с выжженными глазами и отрезанными пальцами.